JIMI 

     Гитары          и все остальное   

Яндекс.Метрика Следить за новостями:


БЕЗУМНЫЙ ПОЕЗД.
ВЕЛИКАЯ ЖИЗНЬ И ТРАГИЧЕСКАЯ СМЕРТЬ РЭНДИ РОУДСА.
Автор: Джоэл МакАйвер.
Переводчик: Дмитрий Семёнов (mail). Гитарная редакция: Сергей Тынку. 2018



ГЛАВА 10. НАСЛЕДИЕ РЭНДИ

Если вы добились в жизни хотя бы половину того, что удалось Рэнди за свои 25 лет, значит можете собой гордиться. Вы бы не читали эту книгу, если бы уже не были поклонником рок-музыки и/или гитарной музыки в целом, поэтому наверняка знаете, сколь многочисленна и талантлива волна современных гитаристов. Хэви-метал давно ушел с любительского уровня, на котором он находился три-четыре десятка лет назад. Игра мирового класса и способности композитора больше не являются прерогативой меньшинства. Их ожидают от каждого гитариста обоих полов, вместе с невероятным ростом технических умений, которые требуются в сфере гитаристов буквально каждые несколько лет. Теперь общественность относится с большим пониманием к искусству игры на гитаре, и больше слушателей обладают тренированным ухом, когда дело касается музыки прогрессивных групп вроде Tool, Dream Theater, Mastodon, Opeth и Meshuggah. Это лишь некоторые представители техничного прогрессивного движения последних лет.

Такой подъем в профиле современного шредера является прямым результатом небольшой группки гитаристов, среди которых Рэнди является одним из важнейших представителей. Если бы говоря о Рэнди нам потребовалось создать цепочку вдохновения, то мы бы назвали величайших рок-гитаристов 70-х – Джимми Пейджа, Ричи Блэкмора, Тони Айомми, Гэри Мура, Эл Ди Меола, Тэда Ньюджента и Джо Перри в качестве его предшественников. Все эти парни играли быстро и мелодично, но расцвет супер-шреддера начался в конце десятилетия, Эдди Ван Хален стал первым из них, привел к тому, что их обогнали в 1980-х. Рэнди пошел по стопам Эдди, Ингви Мальмстин пошел вслед за Рэнди. К концу 1980-х появилось еще одно поколение гитаристов, которые сместили с оси даже Эдди/Рэнди/Ингви, а именно Джо Сатриани, Стив Вай и прочие невероятно талантливые гитаристы вроде Майкла Анжело Батио. Вдобавок, группы Metallica и Megadeth представили демонически мощные соляки от своих гитаристов, в нашем случае Керка Хэмметта и Дейва Мастейна, соответственно.

В 1990-х и 2000-х в гитарном мире произошел взрыв, когда новые музыканты вроде Джона Петруччи из Dream Theater, “Даймбэга” Даррелла Эботта из Pantera, собственного гитариста Оззи Закка Уайлда и буквально сотен других мастеров инструмента прокладывали свой путь для современных дружащих со шредом групп типа Trivium, Avenged Sevenfold, Bullet For My Valentine и Alter Bridge.

Рэнди был неотъемлемой частью этого процесса, в не меньшей степени благодаря высокому статусу группы Оззи Осборна в начале 1980-х. Как однажды сообщил Даймбэг журналу Guitar World: ““Diary of A Madman” показывает в миниатюре все, чем владел Рэнди. Он мог писать в похожем мрачном тяжелом ключе, что и Тони Айомми, но был более разносторонним. Рэнди мог сочетать классические мотивы с демоническими фишками. Гитарное соло на песне “Diary of A Madman” звучит так, словно это дар с небес. Обожаю то, как он занимался наложениями своей гитары, чтобы получить более объемный звук. Роудс был крошечным парнем, который буквально источал классику, начиная с того, как играл и заканчивая тем, что носил. Стоит ли говорить, что игра на гитаре была бы совсем другой, будь Рэнди до сих пор с нами”.

Не будем забывать, что в общем и целом “Blizzard of Ozz” и “Diary of A Madman” – это фантастические альбомы, и они по праву сделали Рэнди звездой. Без них сам Оззи бы никогда не зашел так далеко. Разумеется, его более поздние работы, плюс Ozzfest и телешоу “Осборны” дали ему огромный стимул, но именно эти два винила дали его сольной карьере твердую основу, которая ни разу не дрогнула. Заметим кроме прочего, что эти две пластинки не устарели, как большинство материала начала 80-х, в основном благодаря крепким добротным песням, и это заслуга в равной степени Оззи, Рэнди и Боба Дейсли.

Учитывая сказанное, “Blizzard” и “Diary” могли без проблем превзойти альбомы, которые бы вышли после них, будь Рэнди жив. Необязательно с точки зрения песен, но без сомнения с точки зрения его гитарных умений. Несмотря на множество заявлений о том, что он хотел уйти из группы Оззи и сосредоточиться на игре на классической гитаре, его брат и сестра считают, что он мог остаться в рок-н-ролле чуть дольше. Как Кэти Роудс говорит об этом в 2010-ом: “Я знаю, что он хотел уйти от Оззи. За два дня до авиакатастрофы Рэнди сказал Оззи, что больше не хочет этим заниматься, а Оззи ему: “Ты спятил? Ты же сейчас гребаная рок-звезда!” А Рэнди: “Это не то, чем бы мне хотелось заниматься в жизни. Я бы хотел вернуться в UCLA”. Туда ходили мои мама и отец. Там они получили свое музыкальное образование – степень магистра классической музыки. Поэтому если мы принимаем это за правду, то Рэнди хотел объединить классическую музыку с рок-музыкой, и одному Богу известно, каких результатов он бы добился в этом. Если послушать, то в написанной им музыке много классических веяний”.

Кэти добавляет: “Думаю, Рэнди бы добился невероятных успехов в этом, потому что он обожал учиться и постоянно испытывал себя. Ему всегда было мало тех знаний, которыми он владел. Он всегда хотел испытывать себя, развивать знания, делать все больше и больше. Он просто хотел играть и быть рок-звездой. Он хотел писать. Одному Богу известно, каким бы он был сегодня. На мой взгляд, это был бы невероятный человек”.

Келли Роудс говорит: “Похоже, люди немного заблуждаются на этот счет. Я почти уверен, что он бы записал с Оззи еще одну-две пластинки. Он очень ценил, что Оззи дал ему этот шанс, что вытащил его из относительной безызвестности и дал ему платформу, на которой люди увидели его талант. Он очень это ценил, и обожал Оззи. Поэтому, думаю, из благодарности он бы записал еще несколько студийных альбомов, минимум один, но, думаю, он бы больше не согласился ехать на гастроли с Оззи. Что его действительно раздражало, так это исполнять песни Black Sabbath. В этом был большой камень преткновения. Оззи приходилось исполнять эти песни, потому что их просили слушатели, а Рэнди просто тошнило от них. Мне бы хотелось, чтобы мы обстоятельно поговорили об этом, потому что, мне кажется, я бы смог все уладить, объяснить, что Оззи пришлось исполнять эти песни. Рэнди очень бесило то, что он был вынужден их исполнять”.

Если верно то, что говорят его братья и сестры, то Рэнди мог взять немного времени после тура 1982-го в поддержку “Diary” после бесконечной гастрольной рутины, какое-то время изучать классическую гитару, а потом вернуться к группе для записи альбома, который получит название “Bark At The Moon”. Спорный вопрос, стал ли бы для него альбом “Speak Of The Devil” чрезмерным, но какой бы альбом он не записал следующим, Рэнди применил бы на нем гитарную технику, которая имела еще больше отношения к классической теории, чем когда-либо.

По поводу того, чего бы добился Рэнди в своей личной жизни, наиболее вероятно, что в какой-то момент он бы зажил тихой семейной жизнью, женился и завел детей. Его друг Фрэнк Санта Круз вспоминает отношения Рэнди с Джоди Раскин: “Джоди была его невестой. Обычно он называл ее своей девушкой, но они были помолвлены. Это потрясающая женщина. Мы ездили домой к Рэнди на барбекю, и они вдвоем с Джоди готовили еду. Они готовили стейки, креветки, мы пили вино. Это был очень интимные, спокойные вечера. А еще мы обедали в честь четвертого июня и пускали петарды”.

Кроме того, Санта Круз рассказывает о Рэнди то, что делает его и без того скоропостижную смерть еще более мучительной: “Последний раз я видел его на Рождество 1981-го” – вспоминает он. “Нашей второй дочке было два годика, она примерно одного возраста с его старшей племянницей, и они играли вместе. Я был на пару лет старше его, и в это время у меня самого была молодая семья, и Рэнди был очень заинтригован этим. Ему было интересно наблюдать за другой жизнью, потому что он бегал туда-сюда с мелкими, дурачился и веселился. Помню, наблюдал за тем, что ему просто нравится смотреть, как играют дети. Я тогда подумал, да и сейчас думаю, что он тогда представлял семейную жизнь, как у него самого будут дети, белый штакетник и все, что он олицетворяет. Они приезжали в больницу, когда моя жена Мередит родила дочку, привезли подарок для малютки. Знаю, что прозвучит слишком шаблонно, если я скажу, что он был домоседом, но так оно и было на самом деле. Он привез нам корзину с печеньями, домашними сливочными помадками и пирожными. А ведь это была рок-звезда, которая просто разрывала сцену в клочья на гастролях!”

“У него было полно поклонников” – говорит Келли Роудс, “но он любил только одну девушку. И его последняя девушка – это та самая девушка, с которой он встречался дольше других. Он планировал жениться на ней. Он бы наверняка женился на ней. Кажется, они провели вместе лет семь”.

К сожалению, похоже между членами семьи и друзьями Рэнди возникли некоторые разногласия по поводу того, как лучше всего распорядиться его наследием. На вопрос о компакт-диске Rhino “Quiet Riot. The Randy Rhoads Years”, Келли Гарни рассказывает репортеру Джерарду Ганадену в 1997: “Делорес Роудс была против этого диска. Она считала, что Рэнди чувствовал бы себя неловко по отношению к этим записям. Я не согласен с этим, потому что ему было плевать. Это не то, чем станет заниматься скромный и порядочный человек. Рэнди никогда не говорил: “Ой, я стал слишком велик. Не хочу, чтобы кто-то услышал мои скромные начинания”.

Покойный Кевин Дюброу тоже имел свое мнение по этой части, рассказывая репортеру Full In Bloom: “Очень обидно, что память о нем выглядит не так, как он того заслуживает. Есть некоторые печальные моменты в наследии Джимми Хендрикса, но им хотя бы занимаются, потому что наследники Хендрикса до сих пор выпускают его музыку. Но от Рэнди Роудса не слыхать ничего, потому что его мать наложила строгое вето на все. Никакой атрибутики. Вообще ничего не выходит из музыки Рэнди Роудса, все просто лежит мертвым грузом”.

Как писал Ганаден: “Миссис Роудс скорее оставит личный образ Рэнди нетронутым, не привлекая к нему больше внимания в немузыкальных рамках. Но Келли Гарни является хранителем, пожалуй, самой большой коллекции записей Рэнди. Он отслеживает буквально все, что выходит на официальном рынке, а также на неофициальном черном рынке. Он знакомит фэнов с редкими концертными видеозаписями и проводит у себя дома четырехчасовые презентации в честь своего павшего друга. “Я делаю все, чтобы поддерживать его наследие. Я стараюсь делать все, что в моих силах” – рассказывает Келли с энтузиазмом.

Ганаден продолжает: “Он (Гарни) не согласен с миссис Роудс во многих аспектах поддержания легенды, чтобы та не угасала. По его словам, миссис Роудс уверена, что рано или поздно всплывут какие-то неприглядные факты его биографии. Она считает, что есть наследие, легенда и репутация, которые нужно поддерживать. Она так сильно опекает репутацию и бессмертие Рэнди, что боится, что кто-нибудь раскопает какие-нибудь грязные факты и расскажет их всему миру. Думаю, она очень этого боится. Она боится, что это привлечет внимание к некоторым нюансам Рэнди, которые не вписываются в его образ ангела. Она знает, что я никогда не скажу ни слова, потому что и говорить-то нечего. Она просто хочет, чтобы все оставалось как есть”.

Однако, у Делорес есть все права позаботиться о памяти своего сына, как она того пожелает. Хорошая причина для ее решительной позиции по этому поводу в том, что существует множество лжецов и аферистов, которые хотят использовать имя Рэнди в свою пользу, как она объясняет Ганадену.

Как она рассказывает об одном проходимце из Иллинойса: “На моей памяти, он худший из всех. Пытался продавать товары, говоря “Это Рэнди”, хотя это не Рэнди или “Это фирменная подпись Рэнди”, хотя это не фирменная подпись Рэнди. Это худший человек из всех, с кем мне доводилось сталкиваться. Я утешала себя тем, что эти вещи поддерживают имя Рэнди, а это самое важное”. Она добавляет, что ее цель в том, чтобы сохранять память о Рэнди “столько, сколько в моих силах в течение максимально возможного времени”.

С этой целью она учредила две стипендии по классической гитаре на имя Рэнди в 1993-ем, одну в UCLA, а вторую в калифорнийском государственном университете в Нортридже. Как она объясняет: “Так как это дарственный фонд, он может существовать бесконечно. Они только ежегодно берут небольшой процент с безвозмездно полученного капитала. Я езжу туда каждый год на прослушивания и помогаю решить, кто получит награду”. Также был упомянут проект с созданием библиотеки Рэнди Роудса, содержащий музыку из Musonia: “Все эти проекты требуют немало времени” – говорит она, “но у меня чувство, будто я работаю с Рэнди буквально каждую минуту каждого дня, и это замечательно. Я чувствую реальную цель, реальную причину”.

Фэны заинтересованы не меньше, пребывая в больших количествах дважды в год – 6 декабря в день рождения Рэнди и 19 марта, на годовщину авиакатастрофы – на его могилу в Mount View Cemetery в Сан-Бернардино. Первый памятник осквернили фэны – многие увезли домой кусочки камня в качестве сувениров, и Делорес перенесла останки своего сына в склеп из белого мрамора и большего размера с замком, препятствующим свободному доступу. “Это небольшое частное здание” – говорит она. “Ворота открываются, но я их почти не открываю, потому что фэны любят оставлять всякие предметы после себя. Они даже проталкивают их через прутья решетки. Я предпочла бы вообще не ставить решеток, но так положено. Они засоряют этот склеп банками из-под пива, сигаретами. Не понимаю, зачем они это делают”.

Встречи два раза в год привлекают множество людей. Их всегда посещает Делорес и иногда Келли Гарни: “Прекрасно, что люди так сильно любят Рэнди, но мне кажется им не стоит забывать и про свою жизнь. Это как одна из тех конвенций Стар Трека. Я к тому, что это круто, вам нравится мой друг, но это уже перебор. Они слишком раздувают все это. По всей территории разбросаны фотографии. Фэны носят плащи с 10 миллионами нашивок и всякой херней, написанной ими самими. Я к тому что, ребят, хорош! Мне бы не хотелось этого говорить, но если бы Рэнди это увидел, ему бы все это показалось смешным. Я стал больше приходить к миссис Роудс, чтобы показать, что я по-прежнему рядом и мне не плевать, и помочь ей избавиться от всяких досаждающих вопросов. Когда я прихожу, она испытывает чуть меньше давления. Мое горе всегда было открыто. Возможно, я схожу на могилу, когда никого не будет рядом. Но мне до сих пор это не нужно. Я считаю, что его дух вездесущий. Не думаю, что Рэнди лежит там в своей могиле и думает: “Спасибо, Кэл. Ты даже не пришел”.

Делорес объясняет: “Я приношу с собой фотографии и все, что могу им показать, говорю с ними. Сюда приходит очень много преданных фэнов. В этом году приехали ребята из Южной Америки. Есть ребята из Нью-Джерси. Это преданные парни, которые приезжают каждый год. Японцы тоже очень преданы. На этих встречах много посетителей из Японии”.

В конечном счете, история Рэнди Роудса – это счастливая история, только конец у нее полон печали, и эта печаль не имеет конца. У Делорес свои стратегии преодоления трудностей: “После такой трагедии жизнь уже никогда не будет прежней. Она больше никогда не будет прежней. Ты по-другому начинаешь реагировать на события. Лучше всего описать это так, что мне постоянно нужно что-то делать. Общение идет на пользу, поэтому я постоянно общаюсь с фэнами. Для меня это хорошая терапия”. Между тем Оззи говорит: “Ты проходишь через: “Почему он, а не я?” Самое трудное для меня было встретиться с его матерью и его семьей, потому что я чувствовал некую долю ответственности и вины за то, что забрал у них сына. Ты можешь понять это только когда у тебя самого будут дети. Это все равно, что кто-то забирает твоего ребенка, а потом тебе возвращают его в коробке”.

К счастью, многие фэны Рэнди помогли, подбадривая его мать после его смерти: “Было много звонков и писем. Мне до сих пор звонят люди по межгороду. Они просто хотят получить небольшую связь с Рэнди, и они получают ее в моем лице, ведь я его мать. Они хотят получить что угодно. Практически умоляют. Они просто хотят поговорить со мной или узнать что-нибудь личное о нем. Это просто невероятно. Я знаю, что ни я, ни он в тот момент не подозревали, что он создает себе такое имя. Он просто пытался сделать себя, что было немного трудно, потому что Оззи был звездой, и уже много лет занимался этим бизнесом. Поэтому Рэнди просто хотел сделать себя ради себя самого, и не думаю, что он делал это в большем масштабе, чем хоть один из нас мог себе представить. У меня тонны писем и открыток, даже от тех фэнов, которые никогда не встречали Рэнди лично, просто слышали, как он играет. Очевидно, он относился с теплом и добротой ко всем, потому что все эти фэны очень много мне пишут. И они пишут, что он был прекрасным человеком”.

Одна из причин глубокой скорби для тех, кто понес тяжелую утрату в том, что как мы с вами видели ранее, Рэнди действительно был одним из хороших парней. Его подруга Тами Форвард поясняет: “У Рэнди была особая аура, даже когда он был подростком. Это трудно объяснить. Люди говорят, что у него было ДНК Бога, или что он отчасти напоминал ангела. Он явно обладал пожившей душой: вокруг него был ореол мудрости, он был добрым и любезным человеком. Ему не нравилось задевать чьи-то чувства или говорить кому-то “нет”. Таким он был всю свою жизнь. Он был таким подростком, которых матери всегда хотят иметь у себя под крылышком”.

Рассказывает Гровер Джексон: “Это действительно указывает на хрупкий характер жизни. Я пытался говорить своим детям: “Нет смысла искать неприятности. Неприятности найдут вас и сами”. Проблемы проникают в твою жизнь без особых усилий. Я уверен, что никому из этих людей не приходило в голову, что самолет может задеть дерево или налететь на грязь. И вот тебе результат. За четыре-пять секунд их просто не стало”.

Карл Сэндовал, создатель фирменной гитары Рэнди V в горошек однажды сказал: “Помню, что Рэнди всегда говорил тихим голосом. Это был самый приятный человек на земле. Он был искренним и явно не вписывался в образ типичной рок-звезды, какими мы знаем их сегодня – громкими, заносчивыми и отвратительными. Даже когда Рэнди хлебнул вкус славы, не думаю, что он стал заносчивым. Я помню, что с ним было очень легко общаться. Он был очень спокоен. Очень вежливый и негромкий парень. Помню, что он каждый день приходил со своей девушкой. Я даже думал, что они очень похожи! Как брат и сестра”. Добавляет Питер Марголис, бывший ученик Рэнди: “За все то время, что я знал Рэнди, а это, если добавить еще 30-60 минутный урок раз в неделю в течение 15 месяцев, получится немало времени, и я никогда не видел, чтобы он злился на кого-нибудь, или бывал заносчив или груб. Ни разу не видел, чтобы он был холоден или плохо о ком-то отзывался. Все это было далеко от него. Похожее мнение разделяют все, кто его знал. Он не был идеален, да и никто из нас не идеален. Просто не в его характере было недобро относиться к кому-либо. Он всегда предлагал что-нибудь новенькое, когда дело касалось юмора, он обожал розыгрыши. Он обожал смеяться и веселиться. Иногда за счет других. Но подлым он не был никогда”.

Еще один способ, при котором характер и способности Рэнди могут быть запечатлены, это долгожданный документальный фильм о его жизни и работе, над которым сейчас работает Марголис. Будучи опытным создателем фильмов перед началом работы над этим проектом, он говорит: “Съемки этого фильма – это один из величайших трехлетних проектов за всю мою карьеру. Я работал с оскароносными актерами и актрисами, спортсменами и гуманистами, и я могу сравнить опыт работы с лучшими из них. Никогда не забуду эти приятные мгновения. По каждому интервью, которое мы снимали, есть история о том, как мы брали это интервью и что происходило, когда мы это делали. Я очень рад, что взял интервью у бывшего менеджера Kiss, Билла Аукоина, у которого были неплохие отношения с Quiet Riot и который отлично знал Рэнди. К сожалению, он умер вскоре после нашего интервью. Я рад, что мне выпала возможность потусить с ним. В процессе съемок были мгновения, которые однозначно больше никогда не повторятся”.

Кроме того, Марголис планирует выпустить свой опыт создания фильма в форме книги. Как он говорит: “В какой-то момент в ходе долгого и порой изнурительного процесса съемок и расшифровки всех 106 интервью я понял, что у меня в руках основы прекрасного сценария. Но чего я не понимал тогда, так это что эта работа займет более 900 страниц и потребует написания двух изданий большого формата”.

“В первой книге рассказывается о рождении Рэнди до самой смерти и 25 годах, которые воплощают его блистательное путешествие по планете. Во второй книге рассказывается о том, как создавался, снимался и редактировался фильм, с описанием каждого интервью и глав, посвященных моим поездкам в Англию, Флориду, Нью-Йорк и Австралию. Множество прекрасных воспоминаний и парочка ужасных. В пути я повстречал прекрасных людей и тех, с кем надеюсь больше никогда не встретиться. Все это истории о приятном и негативном опыте, и все они будут в книге”.

Книги, подобные этой, плюс тома, которые Марголис планирует написать, это еще один потрясающий способ поддержания короткой жизни и влиятельной музыки Рэнди в центре внимания общественности. Вероятно, его будут вспоминать в будущих десятилетиях как мастера своего искусства, который ушел от нас раньше срока. Как говорит об этом Келли Роудс: “Думаю, его запомнят во многом как и Джеймса Дина, человека, который умер очень юным и смог оставить после себя несколько достижений. Человек, который был поистине выдающимся, но Бог забрал его к себе. Еще один важный момент касается семейных отношений. Этот человек принимал активное участие в семейных мероприятиях типа Рождества, когда люди собираются вместе. Он был очень семейным человеком. К примеру, он просто сходил с ума от украшения рождественской елки. Ему никогда не хотелось снимать эти игрушки, и он украшал дом очень быстро. Все это выглядело просто невероятно. Это был офигенный чувак. А что он вытворял с рождественской елкой!”

И хотя некоторые утверждают, что на отношения между братьями мог повлиять огромный успех Рэнди и неудачи Келли в попытках пойти по его стопам, похоже, на самом деле все было с точностью до наоборот. Келли: “За все то время, что он провел с Оззи, между братьями не было никакой вражды. А теперь, когда он был в Quiet Riot, какое-то время ему пришлось пройти через немного дикий этап. Не знаю, может дело во мне. Но какое-то время я чувствовал, что он стал успешен, и мне стало чуть труднее до него достучаться. Но никакого соперничества. Думаю, он просто был на очередном этапе развития. Но после прихода к Оззи, Рэнди стал более скромным, чего я никогда не понимал”.

Часто задают вопрос о том, что стало с гитарами Рэнди после его смерти. Отвечает Келли: “Мы храним все его гитары. И пусть никто не говорит, что он хранит гитару, изготовленную для Рэнди Роудса. Это неправда. Все гитары принадлежат нам”. Но похоже это не распространяется на две оставшиеся гитары Jackson, которые Рэнди заказал в 1981-ом. Объясняет Гровер Джексон: “Мы изготовили три гитары. Одна из них была с тремоло (вибрато), а две другие без тремоло. Мы ждали его одобрения первой гитары черного цвета, чтобы закончить две оставшиеся, и тут он умирает, поэтому те две гитары лежали мертвым грузом в течение года после его смерти. Мы получали огромный поток спроса на эти инструменты, но я хотел отнестись со всем уважением, поэтому пошел к миссис Роудс и сказал ей: “Если я выплачу вам авторские, которые пойдут на благотворительный фонд или куда вы там сами решите, вы позволите мне продать фирменную гитару Рэнди Роудса?”, и она была целиком за”.

Гровер продолжает, что Делорес была полностью дружелюбной, но юрист решил, что о завершении сделки не могло быть и речи. Как он вспоминает: “Мне пришлось иметь дело с довольно ужасным адвокатом. Миссис Роудс в итоге наняла ряд адвокатов, которые напоминали Дарта Вейдера, который ввязался в муторную битву с Доном Арденом, и тут появляется Гровер Джексон со словами: “Я хочу получить лицензию на продажу этой гитары”. Этот адвокат высосал из меня все соки. Он должен был одобрить лицензионное соглашение для использования имени Рэнди. Думаю, Делорес была ошеломлена тем, что Дон так тяжело решал все эти вопросы, что по сути просто передала все этому адвокату. Она сказала мне: “Я не против, пусть этот парень займется юридической стороной вопроса”, и я пошел к нему, и хотя она была не против, он был далеко не так восторжен, как она. Но мы все уладили, и выплатили авторские”.

Две гитары Jackson остались у Гровера до конца 1982-го, и он обратил на них все внимание, когда начал готовиться к NAMM, ежегодной выставке, на которой все гитары, усилители и связанные с музыкой товары демонстрируются для международного рынка. Гровер продолжает: “Тогда мы готовились к выставке NAMM, которая должна была состояться в январе 1983-го, но переговоры шли очень долго, потому что у нас не было гитар, чтобы показать в NAMM. Мы подумали: “Погодите-ка, у нас ведь есть две незаконченные гитары, которые мы начинали делать для Рэнди”, и тогда мы закончили одну из них, чтобы показать в NAMM”. Гровер был застигнут врасплох реакцией на его новые гитары: “Вы должны меня понять, к 1983-ему Jackson/Charvel были в ударе. Это было безумие. Мы поехали на NAMM, получили крошечную будку 20 на 10 футов и 400 человек, жаждущих попасть в нее. Я пропускал по 10 человек, которые ждали в очереди, чтобы поговорить со мной, поэтому к концу четвертого дня NAMM мои мозги были в отключке. У нас была всего одна гитара, но один подросток походил каждый час или два с вопросом: “Можно купить эту гитару? Можно купить эту гитару?” Под конец того дня моя тогдашняя жена Джоан говорит мне: “Этот парень возвращается, у него наличные. Он хочет купить эту гитару”, а я так устал, что сказал: “Оставьте меня в покое! Продай ему гитару, мне плевать”. И она взяла от него наличку”.

Прошло немного времени, прежде чем Гровер понял свою ошибку. “Спустя два дня мои клетки мозга снова просыпаются, и жена спрашивает: “Ты знаешь, что продал гитару Рэнди?” А я такой: “Чего?” И она: “Ты же сам сказал мне ее продать!”, и я ответил, что у меня мозг уже не работал. Зачем ты это сделала? А она: “Ты же сам сказал продавай!”… Эта гитара снова всплыла в последние год-два. По этому поводу даже вышла статья в журнале. Я отказался признавать эту гитару, потому что ко мне подошел чувак и затеял разговор о том, что она стоит от 400 до 600 тысяч баксов, и он хочет, чтобы я написал ему письмо с подтверждением. Я ответил, что с радостью это сделаю, но если мое разрешение позволит ему просить за нее кучу денег, то ему придется перешагнуть через меня, хотя мне бы не хотелось быть таким грубым и неучтивым. И он отказался, поэтому я ответил, что не стану признавать этот инструмент”.

Таким образом, осталась еще одна гитара Jackson. Она находилась в распоряжении Гровера до 1990-х. “Третья гитара пролежала в моем гараже 10-12 лет, а то и больше” – рассказывает он. “Мы так и не собрали ее воедино, это был просто корпус. По задумке, это была версия с тремоло. Это было во времена, когда появилось тремоло Floyd Rose, но, насколько я помню, мы тогда еще его не видели. Изначально эта гитара была изготовлена для типового тремоло в стиле Fender тех дней, но сочетание ухода Рэнди и того факта, что мы были очень глупы и неопытны в тот момент, привело к тому, что мы не приняли во внимание нужные размеры грифа. Когда мы стали более опытными, этот инструмент мог быть модернизирован для тремоло Floyd Rose, но Рэнди уже давно не было в живых, поэтому эта гитара много лет пролежала в моем гараже”.

Гровер продолжает: “Я собирался купить дом, и мне нужны были деньги, чтобы внести авансовый платеж. У меня в гараже лежало 50 гитар, и я продал их одному парню на сумму 60-70 тысяч баксов. Он взял эту гитару и переделал ее, потому что она была убита от того, что провалялась в моем гараже. В итоге эту гитару купил парень из Хьюстона. Насколько я знаю, эта гитара до сих пор находится в Хьюстоне, но в неоригинальном состоянии. Рэнди никогда не видел и не играл на этих инструментах, потому что это были просто деревянные бруски, склеенные вместе. Единственной законченной гитарой, которую он видел, была та черная гитара, которую миссис Роудс до сих пор хранит у себя”.

Гитара Jackson, которую сделал Гровер для Рэнди, сейчас брендирована символами “RR” и вдохновила целый ряд знаковых кастомизированных гитар, которые соответствуют требованиям хэви-метал сообщества. Ее острая, треугольная голова грифа без конца копировалась в 80-х, пока Джексон с успехом не запатентовал его, и вариации маркеров “акульи зубья” с головой-клювом изготавливаются несколькими разными производителями. Рэнди был тем самым редким гитаристом, который повлиял на музыкальную индустрию, а также на то, как люди играют на музыкальных инструментах.

Боб Дейсли кратко объясняет влияние Рэнди на музыкальный мир: “Наследие Рэнди в том, что он подсадил народ на стиль музыки, который очень важен, он не исчезнет в одночасье. Есть еще не родившиеся люди, и они будут тронуты этим стилем игры. Со всеми великими так – взгляните на ранних Led Zeppelin и раннего Джимми Хендрикса. Люди слушают их музыку спустя 20, 30 и 40 лет после их распада”.

Хэви-метал неслабо изменился в годы, последующие смерти Рэнди: трагедия навалилась на другую трагедию, что его нет рядом, чтобы увидеть это и помочь изменить. Когда трэш-метал сцена начала делать первые шаги в 1983 и 1984-ом, феноменальную точность звукоизвлечения гитаристов можно отследить вплоть до примера, который подал им Рэнди. “Рэнди произвел влияние буквально повсюду – во всех стилях тяжелой музыки” – рассказывает Ральф Сантола из группы Deicide. “Трэш-метал появился сразу после выхода альбомов Оззи”.

Горстка трэш-метал музыкантов и прочих гитаристов из связанных экстремальных стилей любезно согласились поделиться своими мыслями для этой книги, начиная с Керри Кинга, который рассказал автору в 2004: “Рэнди мог стать величайшим музыкантом в мире, но нам этого не узнать”. Джои Джордисон из Slipknot, самой успешной экстремальной группы делится своими мыслями: “Помню, как купил “Blizzard of Ozz”. Я сказал себе: “Кто это такой?” Я был всего лишь подростком, и, честно говоря, был немного напуган. Гитарная игра Рэнди отпугнула меня от всего, что я в тот момент начал слушать. Он был одним из самых влиятельных гитаристов из когда-либо живших. Возможно, одна из самых ценных для меня гитар это одна из личных “стрелок” Рэнди Роудса. Где я ее достал? Это секрет! Он был миниатюрным, как и я: ростом пять футов пять дюймов, но этот засранец нарезал как никто другой, и у меня лежит его гитара”. Вы читаете эти строки впервые.

Пэт О’Брайан из Cannibal Corpse, крупнейшей дэт-метал группы из существующих или из тех, что когда-либо появятся на свете: “Когда я впервые услышал Рэнди Роудса, мне просто сорвало башню. Он играл с большой мелодикой, и ты всегда помнил его соляки. Но что больше всего меня в нем впечатлило, так это его многогранность. Он мог играть безумно быстрые соляки, а после них очень клевый мелодичный материал. Я видел его выступление на гастролях в поддержку “Diary of A Madman”, а вскоре после этого он умер. Мне посчастливилось увидеть его вживую”.

Рассказывает Томас “Самот” Хауген, который прославился во впечатляющей симфо-блэк-метал группе Emperor, а теперь играет в The Wretched End: “Я много слушал Оззи, когда был моложе, и хорошо познакомился с классическим материалом Роудса благодаря первым двум альбомам Оззи, а также концертному альбому “Tribute”. У Рэнди Роудса определенно был мощный и четкий стиль игры, и он один из тех классических легендарных хэви-метал гитаристов, которые останутся жить в качестве вдохновения для будущих поколений. Он не только был прекрасным вокалистом, но и имел клевую гитару – Jackson Рэнди Роудса многие годы была одной из моих любимых гитар”.

Что необычно, Милле Петроцца, фронтмен Kreator, обращает внимание на партии ритм-гитары Рэнди, а не на его легендарные соляки: “На меня произвели большое впечатление его риффы. Что мне особенно нравится в его стиле, так это то, что у него такой звук, будто он джемует. Он вставляет уйму фрагментов то здесь, то там. И у тебя создается впечатление, что ему совсем не приходилось учить песню, чтобы ее потом записать. На меня это произвело огромное впечатление, так как я всегда придерживаюсь идеи, что когда идешь в студию, музыканты должны быть подготовлены и хорошо знать свой материал, тогда им будет приятно его играть. Сколько себя помню, играл на гитарах, имеющих форму гитары Роудса. На мой взгляд, это самая удобная форма из существующих. Потому что одна сторона отсечена, а это невероятно удобно для соляков”.

Дадим слово Джеффу Уотерсу из канадских металлистов Annihilator: “Он мог бы стать лучшим гитаристом во всем мире, если бы не умер. В этом нет никаких сомнений. В техническом плане Рэнди был таким же быстрым и безумным, как Вай, но по какой-то причине я приобщился к его классическим и блюзовым веяниям, потому что я на этом вырос”.

Рон Ярзомбек, исполняющий невероятно сложный прогрессив-метал в своих группах Watchtower и Blotted Science добавляет: “Когда Оззи больше не был участником Black Sabbath, я задался вопросом, кто же станет их новым гитаристом. И тут я услышал гитару на “Crazy Train”, “I Don’t Know” и “Revelation (Mother Earth)”, и быстро нашел ответ на свой вопрос. Соло Рэнди на “Crazy Train” занимает первое место в моем списке самых творческих и мелодичных метал и рок соляков”.

“Одно из самых больших сожалений в том, что пока я учился в средней школе, у меня был слабый шанс увидеть Рэнди живьем, но я подумал, что смогу увидеть его в следующем туре Оззи. Вскоре после этого его не стало. Несколько раз я сидел в классе, показывая подросткам соляк Рэнди и думал, как жаль, что этот прекрасный гитарист и композитор оставил нам лишь небольшой намек на свои способности. Соляки Рэнди – это лучшие рок-примеры прекрасной фразировки и повествования”.

Говорит Энди ЛаРок из группы King Diamond: “Я очень хорошо помню первый раз, когда я услышал первый альбом Оззи с участием Рэнди. Мне просто сорвало башню от риффов и потрясающих соляков. Это было что-то уникальное. Ничего подобного я никогда раньше не слыхал. Его техника была во многом уникальна, сочетая классический стиль со скоростью и мелодикой. А еще его звук – идеально сдвоенные соло-гитары придавали поистине божественное звучание. Он был однозначно самым великим вдохновителем в начале 80-х”.

Вспоминает Дэн Лоренцо из Hades: “До того, как я услышал Рэнди Роудса, я считал себя довольно неплохим соло-гитаристом, но после того, как я услышал первую пластинку Оззи, я быстро понял, что лучше мне сосредоточить свои силы на написании песен и ритм-гитаре. Обычно музыкальное мастерство не производит на меня большого впечатления, но у Рэнди было все это. Он был настоящим музыкантом с чувством. Убийственное сочетание”. Добавляет его коллега Скотт ЛеПейдж: ““Blizzard” вышел сразу после того, как я взял в руки гитару. Как и многие из нас, я был сражен наповал его гитарной работой. Я проводил много часов после школы, разучивая его песни. “Diary” – это настоящий шедевр. Я до сих пор храню кассеты с инструкциями “Metal Method”. Там разбирали некоторые риффы Рэнди. Я даже купил, и храню до сих пор, одну из копий гитар Jackson Роудса, когда они впервые появились в продаже. Это был фантастически талантливый человек, и он поражает меня и по сей день”.

Говорит Ральф Сантолла: “Роудс опережал свое время. Иногда он использовал гармонический минор, которые применяли Ричи Блэкмор и Ули Джон Рот, но там, где Блэкмор использовал его в импровизациях для цыганских мотивов, в соло в песне “Revelation (Mother Earth)” его использование более тематическое. Оно просто грандиозно. А сейчас Ингви использует это постоянно. Кроме того, он использовал хроматические гаммы и немного атональный материал, к примеру, на “Diary of A Madman”. Это что-то невероятное. Никто и никогда так не играл соло. Оно получилось атональным, но при этом мелодичным. И каким-то образом это сработало. Этот парень явно был гением композиции. У него была способность писать соляки, которые были одновременно и прекрасными, и волнующими. Он сумел выудить из обычных гамм, которыми пользуются все, то, чего другие просто не могут. В техническом плане игра на гитаре сильно продвинулась вперед после смерти Рэнди, и некоторый материал из того, что он исполняет на двух студийных альбомах и “Tribute”, уже не настолько тяжело сыграть, но у Дэвида Гилмора из Pink Floyd тот же дар: он умеет создавать объемный звук. Это врожденная способность. Рэнди обладал ей с лихвой”.

Рассказывает Сантолла, большой поклонник Роудса: “В человеческой природе заводить себе героев и кумиров, и Рэнди Роудс бесспорно и то, и другое для меня. Когда у нас забирают прежде времени кого-то вроде Рэнди, слабая надежда, что мы смогли бы когда-нибудь обрести с ним какую-нибудь связь, тает. То, что меня попросили написать пару строк, дает мне эфемерную связь с Рэнди, и это потрясающее чувство. Самое уникальное в Рэнди то, что его невозможно копировать. В его музыке живет дух, которому просто невозможно подражать. До боли очевидно, когда кто-то практически приблизился к тому, чтобы подражать Шенкеру, Ули или Ван Халену, но нельзя указать на гитариста и сказать: “Он звучит, как Рэнди”.

“Сейчас, спустя 25 лет, легко говорить, что Рэнди мог бы сделать это или то, но никто толком не знал, что будет дальше. Лично я считаю, что если бы он не умер, он бы записал третий альбом с Оззи, он бы наконец реализовал весь свой потенциал. Рэнди определенно мог писать и аранжировать рок-музыку, которая вполне конкурировала с материалом Led Zeppelin или Битлз, и я всегда считал, что все это поставило перед нами огромный знак вопроса. Люди обсуждают и спорят о таких вещах целую вечность, благодаря влиянию на мир этих 17 песен. Я рекомендую таким людям снова послушать эти два альбома в наушниках. Как и во всех произведениях искусства, в музыке Рэнди обязательно найдется что-то новое”.

У двух других музыкантов уникальные точки зрения, и выше признания музыкальных способностей Рэнди. Один из них Билл Уорд, чья дружба с Оззи тянется уже четыре десятка лет до самого основания Black Sabbath. Как барабанщик рассказывает в интервью Диана Пирсон: “Одна из тех вещей, которую сделал Рэнди, это почти попал в эпоху... пост-саббатовскую эпоху, когда в роке и хэви-метал был 10-12 летний период, который был отчасти почти упорядочен. Это была эпоха, когда “Пластинки выходили, а потом были рок-концерты”. Думаю, в этот период времени, когда Sabbath начали распадаться, по крайней мере, исходя из моего опыта, в этот момент все это казалось отчасти хаосом. Кроме того, казалось, что существует куча новых групп, и они играют фейковый металл. Рэнди пришел в эпоху, где практически принял эстафету”.

Уорд продолжает: “По моим ощущениям, Рэнди обогатил вокал Оззи и всей группы, если уж на то пошло. Я считаю, что ранние работы Оззи просто невероятны. Там много песен, которые мне особенно нравятся. Я считал, что Рэнди не был похож ни на одного гитариста из мне известных. Он казался очень серьезным вокалистом. Казалось, он знал, где лежат его корни. Я чувствовал это в его игре. Думаю, это одна из главных черт в нем. Это казалось таким реальным. Думаю, он также изобрел несколько интересных фишек. Он во многом был первопроходцем и был сам себе на уме. Он создал очень известные песни, которые сейчас считаются легендарными. В это время музыкальная сцена считалась хаотичной, а Рэнди выступил в роли спасательного круга. В нем явно было что-то такое”.

Еще один прославленный эксперт – это Марти Фридман, бывший гитарист Megadeth, который сам, будучи шреддером мирового класса, смог поместить Рэнди и Эдди Ван Халена в сравнительный дискурс, отвечает на вопросы Пирсона. “Я жил в Балтиморе, когда Оззи и его группа были на гастролях в поддержку первого альбома. Они выступали в Civic Center в Балтиморе. На этой сцене собрались все городские гитаристы, в частности, потому что ждали молодого топового гитариста по имени Рэнди Роудс. На том концерте присутствовал буквально каждый гитарист из города”.

Фридман продолжает: “Это был реальный глоток свежего воздуха увидеть кого-то столь энергичного, кто вдыхал жизнь в рок-гитару. Ван Хален смог это. Он сделал гитару волнующей. А потом появился Рэнди Роудс и немного добавил градус напряжения. Он надавил на газ, и на тот момент он был лучшим – он зажигал на сцене лучше других и у него был сногсшибательный хэви-металлический звук. Он был очень искаженным и очень шумным. Было так много диких криков и звуков. Для других гитаристов это был настоящий стимул”.

“Он бесспорно вдохновил многих гитаристов. В тот момент, когда я давал уроки гитары, не проходило и дня, чтоб кто-нибудь не подходил с вопросом, как играть соло Рэнди Роудса. Он реально расширил возможности гитаристов. В тот момент гитаристы по большей части просто исполняли классические соляки в духе Клэптона и разные блюзовые фишки. И тут появляется Рэнди Роудс и замешивает собственный коктейль. Он вывел это на такой уровень, что ты должен был уже иметь некую технику, перед тем как играть в рок-н-ролльной группе. Он взбодрил многих молодых гитаристов, особенно тех, кто обожал дисторшн. Просто помню, как слышал отзывы гитаристов после концерта. Они говорили, что он был прекрасен”.

“Я был очень впечатлен увиденным, но думаю что повлияло или вдохновило меня, так это его эффектные гитары. Кроме того, мне нравился тот факт, что он был очень энергичным и миниатюрным парнем, как и я. Мне это очень нравилось, потому что доказывало, что тебе не нужно быть ростом в семь футов, чтобы играть на гитаре. Это придало мне некоторое вдохновение. Думаю, лучшее в его игре на гитаре то, что он играл с большим содержанием дисторшна, чем я на тот момент когда-либо видел. Он использовал его, и дисторшн Рэнди звучал очень хорошо. У большинства гитаристов, которые используют в своих песнях половину от того, что использовал Рэнди, звучание превращается в шум. Он действительно умел обращаться с дисторшном, и в итоге это изменило облик гитарного звука. В 80-х народ экспериментировал с дисторшном намного больше, чем сегодня”.

Фридман вспоминает: “Рэнди играл с такой жизнью и энтузиазмом, таким очарованием и легкостью, благодаря своему владению гитарой, что было невозможно не проникнуться светом от его присутствия на сцене. Он и сам был как источник света. Посреди, как полагают, мрачного и пугающего образа музыки Оззи, Рэнди прыгал на сцене как счастливый подросток. В те годы единственными гитаристами, которые играли с большой энергией, были панк-группы и группы вроде Kiss, но никто с серьезным уровнем. Они считали себя выше обращения к зрителям, еще до появления Рэнди. Это был реальный перец. Его выступление тем вечером заставило меня вылезти из своей скорлупы и выступать на сцене как спортсмен, в надежде, что я исполняю что-то уникальное в музыкальном плане”.

В случае, если вы считаете, что вспоминания о Рэнди живут в гитаристах экстремального металла и ником другом, подумайте еще раз. Рассказывает Британский соул/джазовый гитарист Сиаран “Dreadkey” Фахи, музыкальный режиссер популярного рэппера Speech Debelle: “Для меня Рэнди Роудс приятен в прослушивании. Его должен услышать каждый из тех, кто называет себя профессионалом. Это был невероятно многогранный музыкант с потрясающим сочетанием точности и мощности на концертных выступлениях, с особой щепетильностью в студийной и акустической работе. И при этом он образцовый метал-гитарист. Он клевый аж пиздец. Это один из ценнейших музыкантов, которым удалось привнести новый уровень сознания, положить начало уровню восприятия других приверженцев его искусства”.

Что особенно важно, Фахи отмечает: “И хотя большинство современных гитаристов, играющих в стилях R&B и соул имеют склонность двигаться в сторону более джазового и корневого блюз-ориентированного стиля, многие из гитаристов, играющих в стиле церковного соула, взяли на вооружение шреддинг, теппинг, дайв-бомбинг своих метал-современников. И держу пари, что некоторые из них в курсе, что Рэнди был одним из тех, кто обобщил ныне фирменные элементы каждого уважающего себя метал-гитариста”.

В 1982-ом Рэнди спросили, кем он себя видит через пять лет. Мало понимая смысл этого вопроса, он ответил: “Через пять лет? Мне бы хотелось, чтобы люди видели меня гитарным кумиром. Мне бы хотелось сделать что-то конструктивное. Однажды я, наверное, выпущу сольный альбом, где будет множество инструментов. Мне нравятся разные музыкальные стили”. Первое желание сбылось, все в порядке.

Давайте в заключении подчеркнем еще раз, что Рэнди не был святошей, и что эта книга не ставила целью представить его в таком виде. Он был добрым, вежливым и скромным, это факт, но не настолько скромным, чтобы не знать себе цену. Как вспоминал Фрэнк Санта Круз: “Рэнди понимал, что он хорош. Он не был хвастливым или громким, он занижал собственное достоинство. Но он был хозяином на сцене и не собирался останавливаться на достигнутом. Чтобы иметь такой уровень уверенности, ты не говоришь: “О, черт. Я не слишком-то хорош”. Ты знаешь, что ты хорош”.

Эта книга осторожно обходит ловушки посмертного возведения человека в ранг супергероя. Великий Лемми из Motorhead попал в самую точку: “Люди становятся лучше, когда умирают. Думаю, что это справедливое замечание о каждом из нас. Взгляни на Бадди Холла и Стиви Рэй Вона. Всем было насрать на них при жизни. Это просто парни, которые играют на гитаре. И вдруг они умирают и начинают оказывать огромное влияние. Все это херня. Я не говорю, что Рэнди не был великим, потому что он был им, но смерть все несколько преувеличила”. Лемми нет нужды в это углубляться, Рэнди был реальным человеком, с недостатками, а их предостаточно у всех нас. Кроме того, он оказался феноменально порядочным человеком с не менее феноменальными талантами.

Разумеется, требуется какое-то время, чтобы эти таланты раскрылись в полной мере. По словам его брата Келли, это случается только когда мы умираем, и эта книга всего лишь сохраненный в цифровой форме сувенир о повзрослевшем ребенке. Как он утверждает: “Спустя двести лет, думаю, он получит признание, как получил Шопен с его фортепиано. Кто-то, кто был потрясающим и поднял планку. Он полностью создал абсолютно новый стиль и идеологию гитарной игры. Это навсегда изменилось после Рэнди. Думаю, спустя 200 лет Рэнди и Джимми Хендрикс и, вероятно, Джимми Пейдж станут созидающими людьми из той эпохи. Они будут считаться высшим эшелоном. Так я считаю”.

Он добавляет: “Могу сказать прямо сейчас, что его наследие растет все время. Когда он был участником группы Оззи, он считался просто интересным, он был прекрасным гитаристом. Все говорили, мол, а Рэнди Роудс, он хорош. А теперь он не просто гитарист, он легенда. Для некоторых он даже божество. Я вижу разных людей с другой стороны медали, и они просто одержимы Рэнди Роудсом”.

Кэти Роудс добавляет: “Мне приходит в голову, что Рэнди был очень молод, когда написал “Crazy Train”, и когда начал писать свою музыку. Он был очень юн. Если ты услышишь пару его нот на радио, ты сразу поймешь, что это он. У него очень четкий и понятный стиль, он был чистым, четким музыкантом и очень хорош в столь юном возрасте. Он был очень приятным, скромным, спокойным человеком, а когда поднимался на сцену, он становился просто великаном. Думаю, это был прекрасный человек, и я говорю это не потому, что я его сестра, вокруг него действительно была некая аура. Все обожали Рэнди. Тянулись к нему. Это была очень привлекательная и магнетическая личность. Это называется харизма. Он был очень милым, скромным и приятным человеком. Не думаю, что кто-то мог сказать о нем плохое. Думаю, он заслуживает такого признания, и он никогда не хвалился тем, что делает. Он был отчасти незамеченным и, к сожалению, люди узнали о нем так много лишь позже, после его смерти.

Оззи Осборн сам не понаслышке знает, насколько важна была эпоха Рэнди в его длительной карьере. Вот что он рассказывает Classic Rock: “Люди часто спрашивают меня, мол, какой мой любимый альбом. Ну, я не могу назвать один любимый, потому что тогда то, что я записывал до или после выглядит как облом, поэтому чаще всего я говорю, что еще не записал свой лучший диск. Но, на мой взгляд, “Blizzard of Ozz” – это прекрасная работа. Это один из моих предметов гордости, он говорит сам за себя.

В другой раз Оззи размышлял: “Если бы я смог вложить это в одно слово, и люди бы поверили мне, несмотря на мою репутацию безумца, Рэнди был самым преданным музыкантом из тех, что я встречал за всю свою жизнь. Он был мастером своего искусства. Рэнди был настолько уникален, что не думаю, что люди поймут до конца, насколько талантлив был этот парень. Не только в сфере рок-н-ролла, а вообще во всех сферах. Он был феноменален в классике. Я занимаюсь музыкой уже очень давно в своей жизни, и если бы меня спросили, встречал ли я за свою жизнь настоящего самородка, то этого парня зовут Рэнди Роудс. Благослови его Бог. Долгая лета Рэнди Роудсу”.

Когда ты имеешь дело с человеком такого полета, их внезапная смерть застает тебя врасплох, и ничего удивительного, что явное духовное присутствие время от времени чувствовали его любимые. Вспоминает Пит Уилкинсон: “Я учился петь с 2007 по 2009, и ходил в школу музыки Musonia. Меня обучал Келли Роудс. Он рассказывал, что иногда приходит призрак Рэнди и шаманит со светом и электронной аппаратурой. Когда я был там, Рэнди появлялся гораздо чаще, чем когда меня не было. Это рассказал Келли, а не я. Я даже понятия не имел. Рэнди постоянно колдовал над моим настольным магнитофоном, ускорял его, когда я нажимал клавишу воспроизведения, чтобы записать пробу вокала”.

Эдди Ван Хален, человек, который знает, что говорит, когда речь заходит о великих музыкантах, сказал однажды: “Рэнди Роудс был честным и очень хорошим гитаристом. Мне очень жаль, что его нет с нами, но кто знает. Может, он прямо сейчас джемует с Джоном Бонэмом и всеми остальными”. Думайте об этих потусторонних мыслях что хотите. И неважно, верите вы в буквальное присутствие Рэнди на этом свете или нет. Одно ясно наверняка. Благодаря тому следу, который он оставил в рок-музыке и гитарном мире, начиная с того, как играют гитаристы до формы самих инструментов, Рэнди Роудс останется с нами навсегда.

Следующая часть



Друзья, мы переводим книги для вас исключительно с целью ознакомления. Если у вас есть желание помочь сообществу, вы можете сделать взнос любой суммы на карту СберБанка:
4276 8700 3837 0339
Взнос является вашим добровольным пожертвованием, ни к чему не принуждает и не обязывает. Это своего рода сумма переводчику на пиво, новые очки и покупку новых интересных книг :-) Ваше здоровье!

Яндекс.Метрика Следить за новостями:

 JIMI 
     Гитары          и все остальное