JIMI 

     Гитары          и все остальное   

Яндекс.Метрика Следить за новостями:


СКОТТ ИЭН:
Мужик. История того чувака из ANTHRAX.
Автор: Скотт Иэн при участии Джона Видерхорна.
Переводчик: Дмитрий Семёнов (mail) 2015



Глава 7. Солдаты «Metal Up Your Ass».

(«Metal Up Your Ass» - так называется одна из ранних демо-записей группы Metallica)

Наступил канун Нового 1980-го года, и мы устроили неслабую тусу у моего друга Ричи Хермана. Он жил на первом этаже нашего дома, и его бати постоянно не было в городе. Короче, 50 или 60 человек собрались у него, чтобы отметить мой день рождения. Я просто с катушек слетел. Нет, я, конечно, пил и раньше, но теперь почти достиг совершеннолетия. Мне было семнадцать, и я выпил хуеву тучу коктейлей "отвертка", сделанных на водке Попов утрапремимум класса. Эти коктейли можно поставить в один ряд с Грей Гуз и Тито, только если бы они напоминали по вкусу русский отбеливатель. Должно быть я выпил двенадцать таких. Я смутно помню, как сосался с одной девчонкой, и мы перестали целоваться, потому что меня начало тошнить. Я почувствовал, как рвота поднимается по пищеводу, отстранился и облевал ее, а после этого заблевал Ричи всю ванную.

Я едва дополз по лестнице обратно в мамину квартиру, вломился туда и проснулся на следующий день все еще блюя. Меня тошнило два или три дня. Один только запах алкоголя вызывал у меня тошноту спустя многие годы после того дня. Когда я вспоминаю об этом сейчас, думаю, в чем-то это даже было преимущество, потому что я мало пил все годы становления Anthrax, и это помогло мне сохранить концентрацию внимания. Я бывал в барах и пропускал по паре пивка, но в команде «Алкоголика» не состоял. Если сравнить с теперешней Metallica, тогда у них была совершенно иная динамика. Их музыка была достаточно мощной, чтобы устоять на ногах, даже когда они были в стельку пьяны, и когда Дейв Мастейн был в группе, они реально были «Четверкой Всадников». У каждого из них был очень сильный, непохожий на другого характер. Джеймс Хэтфилд по характеру был тихоней. Он был тихим как Чарли, с хорошим чувством юмора и еще не развил свою харизму. Он странно смотрелся на людях, но когда брал в руки гитару и кричал в микрофон, вот тогда он чувствовал себя как дома. Это была его стихия, хотя он ничего не говорил на сцене. Это была территория Дейва.

Мастейн был настоящим фронтменом группы. Он взял на себя все разговоры на сцене и обладал характером рок-звезды. Еще он был неуправляемым жалким алкоголиком, но обладал острым чувством юмора. Ларс тоже бывал забавным, и мог наболтать тонну всякого говна. Вообще он даже не мог играть, когда они только начинали. Он учился при помощи джемов песен Джеймса и просто стал играть лучше с течением времени. Трудно представить Ларса в любой другой группе. Лучшего барабанщика для Metallica и представить сложно. А еще с первого же дня он стал голосом группы.

Если бы меня попросили выделить одного из них, кто не вписывался из-за внешнего вида, я бы выбрал Клиффа. Anthrax и Metallica имели четкий имидж: тесные джинсы, высокие кроссовки Найк или Конверс, футболка с метал-группой, кожанка или джинсовка поверх кожанки. И тут появился Клифф с джинсами-клеш, ковбойскими сапогами, футболкой R.E.M. и джинсовкой, украшенной нашивками Lynyrd Skynyrd и Misfits. Он явно был по-своему оригинальным, но и был самым большим металистом из нас, потому что нес собственной флаг и был самым талантливым музыкантом – наверное лучшим из тех, кого я встречал – даже лучше Лилкера. Он был виртуозным басистом, понимал теорию музыки. По сравнению с ним мы все были пещерными людьми. Он был очень замкнутым, но недружелюбным его не назовешь. Он был клевым, немногословным. Он практически напоминал героя 50-х, типа Фонца из «Счастливых деньков», если бы Фонц играл в Molly Hatchet. Клифф обычно стоял себе с сигаретой, смеривал тебя неодобрительной ухмылкой Клинта Иствуда со словами: “Как дел?”

Нам нравились одни и те же фильмы, книги и телешоу, мы любили одни и те же группы, так что мы сразу подружились. Я с детства был фэном Lynyrd Skynyrd, но никогда не слышал R.E.M. Я спросил его, кто эти парни, и он ответил, что это убойная группа из штата Джорджия. Потом он дал мне кассету с «Murmur» на одной стороне и «Reckoning» на другой. Я притащил ее домой и заценил, и да, он оказался прав. Этот ранний материал R.E.M. был улетным. Клифф был офигенным, потрясающим чуваком, и все это знали. Он обладал неповторимой аурой. И все они. Поначалу казалось, что между ними нет разногласий. Они все были пьющими корешами и творили всякое безумное говно. Поздними ночами он сваливал кучи мусора перед репетиционными других групп, поэтому когда они приходили на следующий день, вся их входная дверь была завалена горами мусора. И они знали, какая группа эта сделала, потому что Metallica были единственными, кто там спал. И все эти музыканты начинали колотить в дверь Metallica, желая их крови.

Я был с ними 9 апреля 1983-го, когда они выступали в Л’Амур с Vandenberg и The Rods. Vandenberg вышли на саундчек в полдень, а Мастейн уже нажрался. Он стоял в центре площадки, и как только они закончили песню, он начал кричать, что они отстой и пусть убираются на хуй со сцены. Джонни Зи отвел его в сторонку. Но не думаю, что этого было достаточно, чтобы его выкинули из группы. Этот парень можно сказать был крестным отцом трэш-метал. Он написал много риффов на «Kill ‘Em All» и даже парочку на «Ride The Lightning». Без Дейва Мастейна возможно и трэш-метала никогда бы не было. По крайней мере, в самом начале он был движущей силой, с музыкальной точки зрения.

День или два спустя я проснулся, поехал в Мьюзик Билдинг и увидел, что Клифф курит снаружи. “Как дела?”

“Ничего. А что такое?” – ответил я, думая, что это самый обычный день.

“Ничего особенного. Мы уволили Дейва. Он на Грейхаунд, возвращается в Сан-Франциско”.

Я засмеялся, потому что Клифф всегда говорил с сарказмом и любил поугарать. “Ага, забавно” – ответил я. “Слушай, мне пора поработать с усилителем. Меня не очень радует звук. Увидимся наверху”.

“Я совершенно серьезен” – сказал он. “Поднимись наверх прямо сейчас и поговори с Джеймсом и Ларсом”.

Я поднялся, огляделся вокруг и нигде не увидел Дейва. “Что происходит?”

“Тебе разве Клифф не сказал?” – сказал Джеймс.

“Да, но он же гонит, да?”

“Нет, этим утром мы уволили Дейва”.

Я до сих пор думал, что это невозможно и они меня разыгрывают. “Ты это всерьез, бля?

“Мы совершенно серьезны” – отозвался Ларс.

Я сказал: “Ни хера себе. У вас же на носу концерты и запись альбома в следующем месяце. Джонни Зи знает об этом?”

“Да, мы сказали ему пару дней назад” – продолжил Ларс. “Мы заставили его пообещать, что он никому не расскажет. Мы не хотели, чтобы Дейв узнал. Мы не знали, как он себя поведет”.

Они спланировали всю операцию с точностью удара ВВС. Шоу в Л’Амур с The Rods стало последней каплей для Дейва. Они купили билет на автобус в один конец до Лос-Анджелеса и подождали ночь, чтобы Дейв нажрался вусмерть. Они знали, что долго им ждать не придется. Автовокзал Грейхаунд находился рядом с Мьюзик Билдинг. Они разбудили его, когда он еще толком не пришел в себя и уволили его. Он заснул в одежде, так что им даже не пришлось помогать ему одеться. Они просто собрали его вещи, которые по большей части уже упаковали в чемодан, и буквально усадили его на автобус до того, как он понял, что произошло на самом деле. Они решили отправить ему оборудование позже.

Я стоял с отвисшей челюстью, не говоря ни слова, и тут вернулся Клифф. “Ну, что я тебе говорил?” – были его слова.

“И что вы собираетесь делать с концертами и пластинкой?”

“К нам приезжает парень из сан-францисской группы Exodus” – ответил Ларс. “Он скоро прилетит и присоединится к группе. Он уже знает большинство наших песен, и разучивает соло”.

Когда мы туда приехали, Керк Хэмметт оказался настоящим трудягой. Участники Metallica и Anthrax в тот момент думали только одно: “Бля, положите меня на скамейке в парке и прикройте сверху газетой. Мне похуй. Мы записываем пластинку”.

Мне было 19. Всем вокруг было столько же. Нам было насрать на все, кроме исполнения музыки, чего бы это ни стоило. Но приспособиться к этому образу жизни Керку было труднее, чем остальным. Он определенно был самым чувствительным из них четырех. Порой стресс от такой житухи был виден невооруженным глазом. Еще в Сан-Франциско он играл в группе, которая начала делать успехи, и у него было, где остановиться. И он не жил в грязном доме, служившим также репетиционной точкой. Он никогда не жаловался и не злился. Наверное, он самый приятный парень из тех, кого я встречал, и он никогда не менялся, даже несмотря на всю эту славу и деньги. Он по-прежнему все тот же милый парень, которого я встретил через день после приезда из Сан-Франциско.

Как только я помог Керку привыкнуть к “роскоши” Южной Ямайки, пришло время снова сосредоточиться на Anthrax. Мы решили, что “Soldiers of Metal” представит нас миру, потому что в ней была двойная бас-бочка, которая создала убойную смесь вместе с гитарами, басом и вокалом. Но все демки звучали слабо. Нам нужен был тот, кто спродюсирует их как следует. Том Браун был большим фэном Manowar, и он познакомил меня с их гитаристом Россом “Боссом”. Я мало знал о Manowar, но вообще мне нравился их первый альбом. Было клево, что Орсон Уэллес прочел “Dark Avenger”. Я подумал, что их фото, где они в набедренных повязках держат мечи, выглядит немного по-гейски, но Россу нравились Dictators, а я был большим фэном Dictators. Я сказал Россу, что мы хотим выпустить качественное демо, и он ответил: “Давайте я это сделаю. Я занимаюсь этим уже много лет”.

И вот, в начале 1983-го я потратил 1500 долларов, которые скопил с зарплаты, чтобы мы могли отправиться в очень хорошую студию в Лонг-Айленд, Соник Стьюдиос, с Россом и записать пять песен. Как я уже говорил, я всегда любил играть. Нил был дешевым говнюком, у Лилкера никогда не было денег, и хотя у Спитца водились деньжата, он никогда не любил тратить их на Anthrax. Мы перезаписали “Soldiers Of Metal” вместе с парой старых темок, которые уже записывали с Грегом, но с Чарли они звучали по-другому. За два дня мы записали всю музыку, а на третий Нил исполнил все партии вокала. Это было крепкое пятипесенное демо – лучшее, из того, что мы записывали. Мы отправились на блошиный рынок, чтобы отдать его Джонни, и кто-то сказал нам: “А, Джонни в IHOP, это вниз по улице Route 18”. И мы с Денни пошли туда и буквально пришли к столу, где Джонни с женой Маршей поглощали завтрак. Он сказал: “А, это вы, парни. Че каво?”

“У нас есть новое демо, новый барабанщик. Росс “Босс” его спродюсировал”. Мы были так перевозбуждены, что каждое предложение буквально наплывало на следующее.

“Серьезно? Ничего себе”. Джонни всегда так говорил, когда был чем-то впечатлен. Затем он сказал: “Окей, мы его заценим. Но не могли бы мы сперва закончить завтрак?”

Мы вернулись домой, и на следующий день Джонни позвонил мне, весь взволнованный. Я никогда не слышал, чтобы он так когда-нибудь говорил о нашей группе: “Это потряс, это потряс! Наконец-то у вас получилось. Получилось! Это круто!!”

Он сказал, что это лучшее из того, что он слышал от нас, и хотел подписать нас на рекорд-лейбл, и если мы были не против, он также мог стать нашим менеджером. Джонни сдержал каждое свое слово. Он отпечатал сингл «Soldiers Of Metal» и разослал его по всему миру. Все отпечатанные им 2000 копий ушли как горячие пирожки. Пару месяцев спустя мы сидели в студии, записывая «Fistful Of Metal».

В апреле и мае 1983-го еще до начала работы над пластинкой мы отыграли около пяти шоу в Нью-Йорке и Джерси с Metallica. На внутреннем развороте альбома «Kill ‘Em All» есть их концертное фото, которое на самом деле было сделано во время саундчека. На переднем плане сцены стоят дорожные чемоданы KISS, расставленные для увеличения сцены. Большая часть музыкальной аппаратуры тоже принадлежала мне. Потом в начале 1984-го Metallica должны были отыграть на Channel в Бостоне, но все оборудование украли из их фургончика, включая особо дорогой Джеймсу гитарный усилок. В порыве отчаяния он взял в руки акустику и написал “Fade To Black”, их первую крупную метал-балладу.

Metallica только-только выпустила «Kill ‘Em All» и готовилась отправиться в Европу. И вдруг у них пропадает оборудование. Мы одолжили им тонну всяких вещей, по сути всю нашу музыкальную аппаратуру, чтобы они отыграли эти шоу. В какой-то момент Джонни Зи предложил мне заметку на пластинке Metallica в качестве платы за их помощь и одалживание тонны оборудования. Я сказал, что не хочу и считаю подлым брать с них деньги. Я просто был рад им помочь. Я сделал бы это для каждого. Я ожидал, что они сделают то же и для нас. И Metallica бесспорно полностью расплатилась с нами, взяв нас с собой на гастроли. Благодаря им мы добились успеха и в Британии.

Еще до прихода Чарли мы написали примерно половину «Fistful Of Metal». После его присоединения мы сочинили быстрый материал вроде “Deathrider”, “Metal Thrashing Mad” и “Subjugator”. Этот альбом – очень хорошая демонстрация того, что мы слушали в те времена: Maiden, Priest, Motorhead и другие группы НВБХМ вроде Raven, а еще Accept и старые Скорпы (несмотря на то, что две последние были немцами). Вдобавок мы интересовались британским панком, включая GBH и Discharge. Все это было частью процесса открытия следующей тяжелой группы. Мы услышали Venom и подумали: “Что может быть более экстремальным, чем это?” Потом мы послушали «Hear Nothing See Nothing Say Nothing» Discharge и подумали: “Окей, вот она, самая тяжелая пластинка всех времен! Давайте запишем что-то еще тяжелее!”

Впервые я увидел слэм и стейдж-дайвинг, когда мы с Нилом пошли заценить The Exploited в Грейт Гилдерсливс. Раньше я никогда не бывал на панк-шоу. Мы сидели на балконе, и я смотрел вниз на подростков в толпе, как они сталкивались друг с другом, взбирались по головам, пытаясь залезть на сцену и спрыгнуть оттуда в толпу. “Чувак, это выглядит весело. Пошли туда” – сказал я. Нил казался обеспокоенным: “Нет, чувак, тебя убьют. Они нас тупо отпиздят. Панки и скинхеды ненавидят металистов”.

Я ему не поверил и подумал, что он просто струсил, но позже выяснилось, что он был прав. Когда панк, хардкор и метал-сцены начали пересекаться в 84-85, между волосатиками и скинхедами было немало стычек в толпе на трэш-концертах. И все же, слэм вскоре стал очень популярной штукой в метале. Бег по кругу в стиле Западного побережья вдруг стал популярен повсюду, а потом развился или трансформировался в мошинг, когда люди из толпы образовывали еще более дикий бег по кругу, который уже мало напоминал слэм и способ самовыражения. Скорее его суть была в том, чтобы создать агрессивный физический контакт с остальными мошерами. В круге всегда находилось пара-тройка засранцев, но большинство фэнов делали это, чтобы хорошо провести время и никого не покалечить. Негласным правилом было, что если кого-то сбили с ног, тебе нельзя было его топтать. Ты должен был помочь ему подняться и убедиться, что с ним все в порядке. Большую часть времени это была цивилизованная анархия.

Лилкер интересовался самым экстремальным хардкором и металом так же, как и мелодичным роком, и в те времена он был главным композитором в Anthrax. Он написал примерно 75% риффов на «Fistful Of Metal». Но мы все работали над песнями как команда. Мы бывало писали песню, а потом говорили: “Нее, эту надо играть быстрее. Вон как быстро играют Моторы. Мы должны играть быстрее, чем они”. А мы могли, почему бы нет? Чарли мог играть на двойной бас-бочке быстрее, чем Тейлор “Грязное Животное”, и мы могли играть риффы быстрее, поэтому мы решили, что это круто. Клево было играть так быстро и трясти башками в такт двойной бас-бочке Чарли.

Первоначально Джонни договорился, чтобы мы записывали «Fistful Of Metal» в Барретт Элли Стьюдиос в Рочестере, где Metallica записали «Kill ‘Em All». И мы поехали туда в октябре 1983-го, готовые записать пластинку с первым продюсером и звукоинженером Metallica – Полом Курцио и Крисом Бубашем, узнав к своему неудовольствию, что микшерский пульт исчез бесследно, и они заказали новый, который ожидался только через три недели. У нас был грузовик, полный аппаратуры и не было студии для записи. Студия разрешила нам переночевать одну ночь, а потом мы позвонили Джонни в Нью-Джерси, и он ответил, что был не в курсе, что студия не готова. Поскольку мы не могли записываться в Рочестере, Джонни позвонил Карлу Кэнеди из The Rods, потому что Карл жил в Кортленде, и спросил не знает ли Карл другие студии за пределами Нью-Йорка.

Все вместе разгрузили грузовик, и мы с Денни Спитцем взяли U-Haul и отправились в дорожное путешествие, пока все остальные сидели в студии. Мы заценили два места. Первое было в Эльмире – это была просто дерьмовая комнатка на верхнем этаже магазина. У них не было оборудования и это было херово. Второй была Пирамид Саунд в Итаке. Это была настоящая студия записи с аппаратной, кучей оборудования и большой звукоизолированной комнатой. Мы встретились с Алексом Периаласом, хозяином здания. Они были намного дороже, чем Барретт Элли, но они были офигенными, и мы с Денни решили, что тут мы и будем записываться. Мы поговорили с Джонни Зи, который утряс с Алексом все детали. Он сказал, что у него есть лейбл записи и все его группы приедут записываться в этой студии.

Они были только рады, и мы вернулись обратно в Рочестер, взяли грузовик, и вернулись в Итаку, чтобы завершить запись с продюсером Карлом и звукоинженером Крисом. Альбом стал сочетанием гнева и раздражения от двух лет всякого говна, смен участников, которые привели к текущему составу в сочетании с неограниченным волнением и юношеской энергией, что мы наконец-то смогли попасть в настоящую студию и записать полноценную пластинку. Поначалу мы были слегка напуганы, но мы были готовы. Мы репетировали пять дней в неделю в течение двух лет, так что мы знали свой материал и плотно играли. И мы были полны энтузиазма. У нас был очень ограниченный бюджет для работы, но мы использовали его по максимуму. Плюс к этому мы отлично играли песни сразу с первого-второго дубля. Мы провели в Итаке три недели, и остановились в отеле Рок-н-ролл в Кортленде, который по сути был ночлежкой, которой управляли две сестры. А еще мы провели некоторое время в одном клоповнике в Итаке. И хотя мы по-прежнему были малоизвестной группой и не зарабатывали никаких денег, у нас было чувство, что наша мечта воплощается буквально у нас на глазах – мы пишем настоящие альбомы, ходим в бары, тусим с местными телками, впечатленными тем, что мы играем в группе, хоть они и не отличали Anthrax от Aerosmith.

Мы работали в Пирамид Саунд три недели. В дополнение к записи наших песен Нил и Джонни убедили нас записать кавер на песню Элиса Купера “I’m Eighteen”. Примерно в это время Quiet Riot вышли на первое место со своим кавером Slade – “Cum On Feel The Noize”, и Джонни подумал, что нам тоже нужен кавер, чтобы увеличить продажи альбомов. Нил тоже был за. Я не хотел этого делать. Я не думал, что “I’m Eighteen” имела какой-то смысл в контексте остальных вещей с «Fistful Of Metal», но это никого не убедило. В качестве протеста я не играл партии ритм-гитары на этом треке. Все партии сыграл Спитц. Это единственная песня за всю историю группы, на которой меня нет. Я изо всех сил не хотел, чтобы она попала на пластинку, и она явно не принесла нам первое место, так что думаю, я оказался прав.

Следующая часть



Друзья, мы переводим книги для вас исключительно с целью ознакомления. Если у вас есть желание помочь сообществу, вы можете сделать взнос любой суммы на карту СберБанка:
4276 8700 3837 0339
Взнос является вашим добровольным пожертвованием, ни к чему не принуждает и не обязывает. Это своего рода сумма переводчику на пиво, новые очки и покупку новых интересных книг :-) Ваше здоровье!

Яндекс.Метрика Следить за новостями:

 JIMI 
     Гитары          и все остальное