JIMI 

   Гитары        и все остальное   

Яндекс.Метрика Следить за новостями:


Дэвид Скотт Мастейн:
автобиография в стиле хэви-метал
Авторы: Дейв Мастейн при участии Джо Лейдена
Переводчик: Дмитрий Семёнов (mail)

Интервью Дейва Мастейна о книге

11 апреля 1983 года стало переломным днем в профессиональной жизни Дейва Мастейна. Как соло-гитарист и активный композитор подающей надежды трэш-метал группы под названием Металлика, он более полутора лет жил мечтой зарабатывать на жизнь, играя метал. Как и многие в то время, он также начал чувствовать, что его группа была поистине особенной, ужасно талантливой четверкой парней, у которых был потенциал идти туда, куда раньше не заходила ни одна метал-группа. Взор Мастейна, музыкального виртуоза с безграничными амбициями, был сосредоточен на будущем, но при этом он до крайностей пренебрегал настоящим. Проблемы с алкоголем и наркотиками отчасти обязанные неприкаянному детству, мучали его долгие годы, и с приближением успеха его опрометчивое поведение возросло и линии пересеклись. Никто не знает какой была последняя капля, но утром 11 апреля, когда Металлика находились по делам в Нью-Йорке, Мастейна разбудил вокалист Джеймс Хэтфилд и бесцеремонно вручил билет домой в Лос-Анджелес на автобус Грейхаунд. Он был уволен из Металлика без каких-либо предупреждений.

Он провел следующие четыре дня в аду, путешествуя из Нью-Йорка в Лос-Анджелес на автобусе без единого доллара в кармане, попрошайничая пачки чипсов у попутчиков, и задаваясь вопросом, как случилось, что его мечты растворились как дым. Однако, отчаяние и горе не смогли подавить его талант. Прочтя листовку о ядерной войне, поднятую с пола на станции Грейхаунд, он заметил броскую фразу: “арсенал мегадэт…” Он начал царапать строчки на обертке от пирожного, и к приезду в Лос-Анджелес у него созрела новая миссия: восстать из пепла и основать самую быструю, самую безжалостную метал-группу всех времен. Двадцать семь лет спустя Мегадэт заработали себе репутацию лидирующей метал-группы с эпохальными платиновыми пластинками вроде “Rust In Peace”, “Countdown To Extinction” и “Youthanasia”, группы, которая может (и часто так и происходит) выступать вместе с другими отцами метала, Металлика. SuicideGirls недавно позвонили Мастейну, чтобы обсудить его новую автобиографию “Mustaine: Heavy-Metal Memoir”, и обнаружили, что возраст, успех и новообретенная готовность служения христианству ни на йоту не смягчили его.

Райан Стюарт: Мне понравилась запись на твоем автоответчике из отеля. Он пожелал мне приятного дня.

Дейв Мастейн: Приятного дня? Он должен был пожелать ужасного утра!

РС: Я подумал, может нам лучше начать с чего-то веселого, а не с мрачных вещей. Не мог бы ты немного рассказать о прошлых группи Мегадэт? Какими они были с точки зрения качества и предложения?

ДМ: Ну, я не особо уверен, что хочу углубляться в этот вопрос. У всех нас были отношения, когда появилась Мегадэт. Я не могу говорить о том, что происходит в зале, и что касается закулисной жизни, то я не следил за тем, что происходило с другими парнями. У меня долгое время была девушка по имени Диана, я женат на Пэм уже 20 лет. Я уверен, что можно было много кого выбрать, но главной задачей для меня было исполнение музыки, и являясь громким и несносным, я не был большим романтиком.

РС: Хотя в книге есть отрывок, где ты рассказываешь о том, что коллеги по группе иногда менялись группи друг с другом.

ДМ: Это было давно, еще когда Ник был в группе. Это было тогда, когда мы все были холосты. Эта конкретная история, о которой ты упоминаешь, произошла с составом времен “Rust In Peace”, и все тогда были холосты.

РС: Мне тяжело даже следить за составом, так много изменений произошло за все эти годы. Нет ли у тебя ощущения, что ты потерял что-то, не удержав постоянный состав, даже если это были всего лишь долгие товарищеские отношения соавторов?

ДМ: Неа. Спроси любого спортсмена, нравилось ли им, когда у них в команде был кто-то, кто не отдавался игре на 100%. Если у них есть другое видение, чем у тебя, тогда они очевидно не смогут отдаться игре на 100%, потому что их видение будет направлено куда-нибудь в другое место. И я ничего не говорю об участниках группы, которые были с нами в прошлом; если бы они сделали изменения в своем видении, когда не хотели идти в том направлении, в котором шли мы, тогда очевидно мы следуем в двух различных направлениях и это не сработает. Это моя группа, я лидер, и на этом все и основано. Это не основано на “Давайте соберемся вместе и посмотрим, какова общая идея, которая мы все разделяем”. Было то, что я хотел сделать, и парни присоединились ко мне. И я был очень счастлив, что со мной играли такие талантливые люди. И когда Марти (Фридман) пришел в группу, он хотел, чтобы мы стали поп-группой, и мы вывернулись наизнанку, чтобы осчастливить этого маленького чувака, но в течение долгого времени, после выхода “Cryptic Writings”, даже после “Risk”, учитывая насколько мелодичным был “Risk”, он по-прежнему хотел, чтобы мы следовали в более альтернативном направлении. И я сказал: “Я не могу этого сделать”. Райан, во мне не сидит мысль записать пластинку, которая была бы более мелодичной чем “Risk”. Эта пластинка была настолько глубокой, насколько это было возможно. Хочешь верь, хочешь нет, но легче писать песни, которые менее мелодичны, чем песни, которые более мелодичны. Когда ты пишешь что-то, что мелодично, тебе нужно создать то, что найдет отклик у большинства людей и гораздо труднее найти более простую мелодию, услышав которую люди скажут: “О да, мне нравится эта мелодия”. Поэтому были люди в прошлом, у которых было различное видение, и мы просто пошли каждый своей дорогой. Это не значит, что нам плевать друг на друга. Некоторые из нас по-прежнему дружат, кто-то нет. Вот так крошится печенье.

РС: Не создается ли у тебя ощущение, в частности, в последние годы, что ты заранее уведомлял своих коллег по группе, что это твое дело и им придется участвовать в нем?

ДМ: (долгая пауза) Хмм… Надеюсь, что смогу переубедить тебя, потому что на самом деле я не помыкаю людьми. Я хочу, чтобы у тебя получилось хорошее интервью, и то, что я говорю людям, чья эта группа и подобную ерунду… это все ненужно, когда у тебя есть люди, к которым ты обращаешься с достоинством и уважением. Все знают, кто главный, и я не веду себя таким образом. К сожалению, у многих есть понимание кто я, которое совпадает с тем, с кем на твой взгляд ты сейчас разговариваешь. Но я так не веду бизнес. Суть музыкального направления в том, что если ты идешь в двух различных направлениях, ты разорвешься посередине. Самая большая проблема из всех состояла в том, что я должен был сказать нет, когда это было надо, но я этого не делал. У нас даже была записывающая компания, которая говорила нам: “Смените логотип, подстригитесь, носите фланелевую одежду и отращивайте усы и бороду”. А мы на это: “Чегооо?” Ты бы не знал всего этого, если бы не был там, и если я скажу: “Эй, Райан, вот что на самом деле происходило”, ты можешь ответить: “Ну, вы же Мегадэт, почему вы не могли ничего сказать в свою защиту?”, а все потому что мы не могли. Без разницы. Даже если вы Мегадэт, им насрать. Надо быть Guns‘n’Roses! (смеется)

РС: Угрожало ли все это когда-нибудь стать больше бизнесом, чем удовольствием?

ДМ: Да, именно поэтому я и создал проект MD.45, потому что все скатывалось в написание песен, процентовки и паблишинг. Если бы ты видел в самом начале, как мы делили авторские, когда писалась музыка или тексты. Если ты выступил соавтором музыки, ты получал 25%, и другой парень получал 25%, а потом, кто там писал тексты, получал 50%. Потом вступила в действие мелодия, и все начало делиться от четвертей до восьмых и шестнадцатых, и это было что-то вроде, тьфу, господи. Да, музыка потеряла радость. И когда разошлись мои пути со всеми, я просто понял, что буду продолжать сольную карьеру, но тогда EMI сказали мне: “Нам нравится твое решение начать сольную карьеру, но пока ты не предоставишь нам последнюю пластинку Мегадэт, мы не отпустим тебя”. Так, пластинка под названием “The System Has Failed” на самом деле должна была стать моей первой сольной пластинкой, и на середине ее записи я узнал, что не смогу ее выпустить как сольную, тогда я решил: “Ладно, пусть это будет пластинка Мегадэт”. И позвонил всем бывшим участникам и спросил, не хотят ли они вернуться и поиграть, и это не сработало. Само собой Ник (Менза) пришел и попробовал с нами поиграть, но он совершил весьма ужасную ошибку. У нас на телефонной линии был Шон Дровер, потому что мы позвонили ему, чтобы договориться о том, чтобы он стал барабанным техником для Ника - это забавная история - и Глен, младший брат Шона, играл у нас на гитаре, а Ник просто не думал о том, что говорит. Итак, Шон на телефоне и мы говорим: “Эй, Шон, мы хотим поговорить с тобой по части вакансии барабанного техника”, помните, что Ник получил место Чака Белера будучи его барабанным техником, а Чак получил место Гара Сэмьюэлсона будучи его барабанным техником, и Шон должен был стать барабанным техником Ника! И в конце концов он занял место Ника, произошло это так: он такой: “Я хочу, твою мать, знать твое имя!” Извиняюсь за ругательства. Но так или иначе, я подумал: “О, Господи, ты что шутишь?” И я посмотрел на Глена, и Глен вывел меня на воздух и говорит: “Я не могу играть с этим человеком”, и я ответил: “Знаю, я уже однажды сам его увольнял”.

РС: Создается ощущение, что ты управляешь плотным, серьезным кораблем, с деловым чутьем. Официальный сайт группы сделан очень грамотно. В книге ты говоришь о раннем понимании силы Интернета и раннем появлении там группы.

ДМ: Мы сделали попытку, мы хотели убедиться, что у поклонников есть где повеселиться. Многие наши поклонники были моложе, и мы хотели, чтобы они смогли быть там, где смогли бы ощутить чувство коллективизма. Это одна из тех вещей, которые были замечательны в хэви-метал бизнесе в самом начале: ты мог пойти куда-нибудь и встретиться с кем-нибудь, все тусовались вместе и было чувство коллективизма. И мне очень нравится, что Интернет смог переступить территориальные границы, знаешь ли? Можно зависать с людьми из разных городов. Я не знаю, сколько тебе лет, но когда я начинал, мы все еще пользовались кассетами и прочим дерьмом, и если ты хотел поговорить с кем-то, это происходило посредством почты или телефона, определенно не электронной почты.

РС: Мне 32, и мои старшие братья, которые старше меня на пару лет, и дядя, были в то время большими поклонниками Мегадэт, и при этом просто агрессивными юнцами. Поддерживаешь ли ты связь с похожими подростками, которые находятся в беде или просто злы на своих родителей и/или на мир?

ДМ: Да, могу сказать, что я целиком их понимаю. Это похоже на старый фильм Стива Мартина, где он был пастором и говорит: “Что может быть лучше, чем поговорить с теми, кто борется с порнографией, наркоманией, проституцией”… что бы он там ни перечислял. Суть в том, что я проходил все это, и знаю взлеты и падения всего этого в отдельности. Мне легче обратиться к тому, кто борется и сказать: “Чувак, слушай, я знаю” вместо того, чтобы говорить: “Ну, я никогда сам это не пробовал, но…” Это все равно что описывать девственнице оргазм. Невозможно объяснить, каково это быть трезвым тому, кто никогда не бывал пьян. Если ты не был обдолбан и не испытал на себе, как трудно вести трезвый образ жизни, ты не поймешь. То же самое с любой болезнью и любыми проблемами с наркотиками.

РС: Перешло ли твое употребление наркотиков от необходимости к самолечению, или оно отчасти родилось из желания соответствовать своему метал-имиджу?

ДМ: Ну, в самом начале я не ощущал большую эмоциональную боль – что я ощущал, так это эмоциональное облегчение. Было много чувств, что ты аутсайдер и просто не вписываешься. Я ходил в школу в Хантингтон-Бич под названием “Грин Хай Скул”, было две дороги входа и выхода из средней школы – два моста, которые проходили вокруг акведуков вокруг школы, которую мы называли рвом – и был третий путь добраться в школу, но нельзя было ехать по нему на машине, это была дорога, которую мы называли мост, и именно по ней ходили все наркоманы. И я мог подняться на этот мост и влиться в толпу, неважно что я носил и как выглядел. Просто такой там была жизнь, помню, как думал: “Ничего себе, как здесь свободно”. Учитывая сложности с разводом мамы и отца, то, что мы переезжали так часто, и постоянно была очередная школа, еще одна, еще, понимаешь? Мне пришлось отыскать быстрый способ знакомиться с людьми и проходить этот первоначальный барьер, а иначе я бы провел остаток своей жизни отшельником, а я не хотел этого делать. Так я выучил некоторые быстрые и довольно трудные правила как знакомиться с людьми.

РС: Родители Майкла Джексона тоже были свидетелями Иеговы, как и твои, и он отчасти находил отдушину в музыке. Чувствовал ли ты с ним схожесть из-за этого?

ДМ: (смеется) Ты говнюк. О Боже. Нет! Думаю, что могу рассказать тебе об этом поподробнее: когда я узнал, что они практикующие свидетели Иеговы, у меня было такое же чувство, что я испытал, когда я услышал, что Принц, и это просто печально, знал, через что я прошел. Но каждому свое, не так ли? Если ты чувствуешь себя клево, когда твой маленький ребенок ходит по улицам и стучит в двери и будит людей ото сна и смотрит мультики, пытаясь протолкнуть журналы, дело твое. Я ненавидел это. Если только у ребенка действительно есть, типа, призвание к этому... Я имею в виду, я знаю, что мы должны воспитывать своих детей и все в таком духе, но нужно подумать о серийном убийце внутри всех нас, понимаешь о чем я? (смеется) И возвращаясь к тому, что ты сказал раньше о возможности отождествлять себя со злыми людьми, если ты подойдешь к кому-нибудь и достаточно их разозлишь, они ответят тебе тем же. Такова человеческая природа: все сводится к тому, какая у тебя точка кипения. И я смог немного реанимировать себя, от того, кем был раньше. Многие ссали кипятком от того, что я был зол на людей. Это как тот бедный ублюдок Рики Рахтман – несколько странно, но мне кажется, что ему даже нравилось, когда я высмеивал его. И дело не в том, что мне нравилось высмеивать людей, это было дурачество, понимаешь? Но проблема в том, что я не был комедиантом, я был музыкантом, и потому все выглядело правдоподобно. Я не испытывал никакой неприязни к этому парню, я даже едва знаю его.

РС: Терял ли ты когда-нибудь что-то важное, что ты связываешь с наркотиками?

ДМ: Да, многое. Работа в Металлика. Кроме того я однажды умер. У меня было много друзей, которых я потерял. И немало доверия, которое ты теряешь на фоне всего этого. Я также потерял немалую долю уважения от собственного сына. Помню, как однажды, когда вышел “Behind The Music” - ты вообще не задумываешься над этим во время создания, но когда вышел “Behind The Music”, какие-то подростки загнали моего сына в угол автобуса и начали говорить: “Твой папаша торчок, твой папаша торчок”. И я такой да, я башку оторву твоему папаше. (смеется) И я не думал об этом, но меня удивило, что это начало отражаться на моем поведении и на сыне. Мой сын как-то сказал мне, Райан, о том, что он должен соответствовать мне, и я такой: “О, Джастис, сынок, ты не должен мне соответствовать, пожалуйста, не думай так”.

РС: Чувствуешь ли ты, что поклонники Мегадэт искренне поддерживали не только твою трезвость, но также и твою новообретенную веру? ДМ: Да. Есть люди, которым это не нравится, но есть и те, кто не относился непредвзято к подобным вещам. Я играю лучше, чем до того, как стал христианином. Думаю, что наша музыка просто актуальна и уместна, и мы недавно завершили концертную запись “Rust In Peace”. Я хочу сказать, эй, але? Для всех, кто думал, что мы не сможем этого сделать, мы сделали. И мне нравится быть непредсказуемым и все такое, но думаю, что если кому-то и требовался переломный момент, так это мне. Я хочу сказать, ты знаешь, что получится, если протрезвить пьяного сраного конокрада?

РС: Конокрад?

ДМ: Получится конокрад. И я просто сидел и думал: “Ну и что теперь?” И к счастью для себя, у меня по-прежнему была моя гитара, чувство юмора и невероятная трудовая дисциплина, от чего я не собирался отказываться, и думаю вероятно именно это сохранило нашу успешность в той мере, что мы были успешны раньше. Я желаю самого лучшего себе, своей семье и нашим фанатам.

РС: Твоя вера сказалась на политических взглядах, которые ты раньше разделял? По-прежнему ли ты участвуешь в рок-голосованиях? Есть ли тебе дело до войны и мира?

ДМ: Да, в значительной степени. Это как передвижение футбольных ворот и прочего, когда ты меняешь свое мнение и становишься чуть старше. Что касается меня как демократа или республиканца, то я не был ни тем, ни другим. Я всегда нахожусь посередине. В основном я голосую за меньшее из двух зол. И когда я участвовал в рок-голосовании на MTV, я пошел туда, чтобы выступить за молодежь Америки. Я не пошел туда представлять демократов, я пошел туда задать вопросы. К сожалению, не так много людей, которые могли бы выступать как наши спикеры и задавать сложные вопросы и говорить со всеми этими людьми. Я хочу сказать, ты приходишь и говорить с этими людьми, а их мастерство в умении говорить - ты задаешь им вопрос, и когда они отвечают тебе, и у тебя нет ни малейшего представления, что тебе только что сказали.

РС: Когда ты теперь отправляешься в дорогу, пытаешься ли ты окружить себя единомышленниками?

ДМ: Ну, мне все равно, чем занимаются люди. Одно из правил работы нашего персонала – после концерта можно делать, что хочешь, это твое дело, хотя, конечно, мы не терпим употребление тяжелых наркотиков. Мы проводим встречи группы и обеды группы и подобные мероприятия, и шоколадного молока там не подают, понимаешь? Если кто-то хочет выпить, ладно. Мы не полиция трезвости, и смотря на нашу аудиторию поклонников, знаешь, молодым людям нравится дернуть чего-то холодненького летом. Я был алкоголиком и когда я нашел спасение, я полностью освободился от этого. Теперь я могу выпить пару бокалов вина, но терпеть не могу крепкий ликер. Я просто остановился. Я раньше каждый божий день пил водку или коньяк так словно они выходят из моды. Теперь я пью только перед выступлением; я выпиваю бокал вина перед выходом на сцену, и может еще один когда нахожусь на сцене, вот и все. Действительно странно думать: “О Боже, я полностью освободился от этой невероятной зависимости от алкоголя”. Знаешь, когда все, о чем ты думаешь, это напиться, это отстойно. РС: Остался ли соблазн?

ДМ: Соблазн есть, но я знаю, как это теперь выглядит. Это нечто вроде чья вина что ты прошел между собакой и пожарным краном?

РС: Недавно ты выступал в шоу “Большой Четверки” с Металлика. Оправдало ли это событие твои ожидания, когда ты делил сцену и джемовал с ними?

ДМ: Ну, мы занимались этим только один раз, когда джемовали с ними. Но находиться на одной площадке и том же составе и играть, я думал, что это действительно стоящее дело по всем фронтам. На этот раз люди действительно знали о всей сцене, как она начиналась, кто ее музыканты и какую роль они в ней играли. Было замечательно иметь возможность вернуться назад во времени и рассказать полную историю как по сути был “завоеван запад”. Прекрасное чувство. С радостью бы сделал это снова. Я не знаю возможно ли это, но я без сомнения только за.

РС: В каких масштабах проходило твое общение с Ларсом и Джеймсом? Вы обедали вместе?

ДМ: Обедали. Эта была первая ночь тура. Все группы собрались вместе и обедали, и это было прекрасно. И почти каждую ночь, когда мы выступали, Ларс заходил к нам в гости или Джеймс заходил, или парни из моей группы приходили навестить этих парней. Так что да, мы много зависали и это было действительно клево.

РС: Не воспринимай это как агрессивный вопрос, как до этого, но в книге ты в некотором роде даешь очень подробное описание, почему ты отказался посетить церемонию введения Металлика в Зал Славы. По правде говоря ты чувствуешь, что твой вклад был достаточным, чтобы быть введенным вместе с ними. Открыло ли это событие старые раны?

ДМ: (долгая пауза) Эта многозначительная пауза вероятно озадачила тебя, не так ли?

РС: Да.

ДМ: Я просто пошутил. Думаю, что если смотреть на вещи, какие они есть и то, какой была моя роль в группе... Я знаю, каково это было. И я думаю, что то, как это прошло, было так, как и предполагалось, для того, чтобы я прошел через этот...промежуток времени...и просто держался настолько достойно, насколько это было возможно. Я не слишком хорошо себя чувствовал. Я хотел быть там. И не мог, из-за эти обстоятельств. И кроме того мы были очень заняты в это время. И я сказал парням, как я чувствовал себя - я гордился ими. И думаю, что этого достаточно на твой вопрос.

РС: Думаешь ли ты, что когда-нибудь наступит время и для Мегадэт? <

b>ДМ: Я надеюсь, что это однажды произойдет, надеюсь на это, но опять-таки я многое ожидал в этом бизнесе, чего так и не получил. И многое из того, что никогда не ожидал, у меня есть.

РС: Клево бы было если бы на одной сцене стояли все, кто играл в Мегадэт?

ДМ: Ну, к сожалению один из них умер, так что этого не случится. И этот вопрос остается открытым для остальных. Я не имею ничего против них. Многие разногласия разрешились спустя все эти годы, и у многих наблюдается рост, но я не могу быть ответственным за негодование, которое по-прежнему испытывают люди. Очевидно я был частью всего этого, но если очистить сторону улицы, а кто-то другой все еще сидит в ее дебрях, то ты ничего не сможешь сделать по этому поводу. Но да, я думаю, что это было бы весело и прекрасно, но не уверен, что все будут испытывать братские чувства. Я знаю точно, что другие участники группы, Крис (Бродерик) и Джуниор (Дэвид Эллефсон) и Шон с радостью бы повидались с большинством этих парней. А у меня чувство, что будет парочка людей, которые будут выглядеть паршивыми овцами, но я спокойно к этому отношусь, потому что хочу их простить и забыть. Видит Бог, в том, что произошло, есть и моя вина.

РС: Зал Славы снисходительно относится к введению блюзовых музыкантов и других представителей отдаленных ответвлений рока; считаешь ли ты, что в будущем они будут так же снисходительны и по отношению к металу?

ДМ: Я не слишком много знаю об этой организации. Я знаю, что в том, что касается метала, нет ни одной такой организации в нашей замечательной стране, которая была бы столь абсурдна, как Грэмми, вручившая метал-награду Jethro Tull. Поскольку этот случай находится в анналах истории, думаю, что Зал Славы Рок-н-Ролла вполне достоен заниматься тем, чем хочет.

РС: В книге ты не слишком подробно останавливаешься на конкурирующих направлениях рока, развивавшихся в начале 90-х. К примеру, гранж едва упомянут, даже притом, что он окончательно затмил метал в поп-культуре.

ДМ: Само собой затмил, это точное высказывание, но было много чего другого, что затмили метал! Одна из цикличных вещей в музыкальном бизнесе в том, что все дело в том, каково это сейчас. Есть люди, которые хотят слушать исполнителя месяца и пойдут туда, куда подует ветер, а есть преданная группа поклонников, которая обычно составляет одну десятую чьих бы то ни было крупнейших продаж пластинок. К сожалению, для нас с появлением пиринговых сетей и всего в этом духе и того, что наши поклонники настолько продвинуты в компьютерах, мы, включая меня - много общаемся по сети и обмениваемся с ними различными штуками, и в некоторых случаях, когда кое-что попало не в те руки, оно было использовано против нас, что досадно. Мы поняли, как выжить и продолжить играть музыку и путешествовать и выступать с концертами, но к сожалению это последний бастион надежды для групп, потому что как только фанат получает музыку и выкладывает ее в сеть, единственный шанс выжить это выступать с концертами и продавать футболки.

РС: Твоя история жизни могла бы послужить хорошей почвой для фильма, как думаешь?

ДМ: Я так не думаю, потому что знаю, где хранятся все скелеты, Райан (смеется). Знаешь, я смотрю в зеркало и по-прежнему думаю: “Господи, Дейв, ты не реализуешь свой потенциал. Ты мог бы быть намного лучше, мог бы помогать людям гораздо больше, а ты просто... не реализуешь свой потенциал!” Думаю, это во мне говорит перфекционист. И временами я стою на сцене и задумываюсь на какую-то долю секунды, что я в порядке, и выдавливаю улыбку. Маленький мальчик во мне выходит наружу и говорит, что это чертовски клево. И я знаю, что это невозможно, но если бы была возможность, чтобы ты стоял прямо рядом со мной во время этих моментов, то для тебя это было бы тоже чертовски клево, потому что нет ничего похожего на то чувство, когда люди теряют голову и громко визжат тебе в лицо. Сейчас существует много возможностей делать добрые дела для людей, и именно это я и хочу сделать со всем этим новым интересом и популярностью. Я хочу воспользоваться возможностью прямо сейчас и сделать что-то для молодых групп, в которых нет парня типа Дейва, который тусил и хотел помочь людям. Я не знаю, в каком виде все это будет, но у меня есть студия в Сан-Диего, где я живу, и сейчас мы обсуждаем возможность создания школы помощи для неимущих детей, и так далее и тому подобное. Для меня по-прежнему предел лишь небеса.

Об авторе

Дейв Мастейн по праву считающийся “отцом-основателем” трэш-метал, практически без посторонней помощи создал живучий мультиплатиновый стиль, который довел как Мегадэт, так и Металлика до сведения публики. Начиная с “Killing Is My Business…and Business Is Good” 1985 года и заканчивая недавно вышедшим “Endgame”, с выпуском более двенадцати альбомов с Мегадэт, Мастейн оставил наследие в виде музыки, которую описывают различными терминами, от живой до проницательной, злобной и иронической. Мегадэт были восемь раз номинированы на премию Грэмми и получили шесть платин. В настоящее время Мастейн проживает в графстве Сан Диего, штат Калифорния.

Отмеченный многочисленными наградами журналист и автор бестселлеров, Джо Лейден написал более тридцати книг, включая «Последний великий бой», которую “Спортс Иллюстрейтед” и американская библиотечная ассоциация назвали одной из лучших спортивных книг 2007 года. Он также является соавтором бестселлеров Нью-Йорк Таймс «Туда и обратно» и «Говорит рок». Он проживает в северной части штата Нью-Йорк.

Посетите www.authortracker.com для получения эксклюзивной информации о вашем любимом авторе издательства HarperCollins.



Друзья, мы переводим книги для вас исключительно с целью ознакомления. Если у вас есть желание помочь сообществу, вы можете сделать взнос любой суммы по следующим реквизитам:

Webmoney: R140535790975
Yandex.Деньги: 410013891963228
СБРФ: 4276 8700 3837 0339

Взнос является вашим добровольным пожертвованием, ни к чему не принуждает и не обязывает. Это своего рода сумма переводчику на пиво, новые очки и покупку новых интересных книг :-) Ваше здоровье!

Яндекс.Метрика Следить за новостями:

 JIMI 
   Гитары        и все остальное