JIMI 

     Гитары          и все остальное   

Яндекс.Метрика Следить за новостями:

Jeff Beck
Источник: Guitar Player ноябрь 1975
Беседовал: Lowell Cauffiel. Перевод: Сергей Тынку.

Джефф Бек не готов позволить своей гитарной игре почивать на лаврах. Он уже внес весомый вклад в деятельность легендарных Yardbirds в шестидесятых, а также принимал участие в сформированных им различных группах. Однако, на сегодняшний день все эти задокументированные достижения - по большей части история. Бек, которому сейчас за тридцать, прошел через то, что один из его соратников назвал "музыкальным перерождением".

После забавы с Tim Bogert и Carmine Appice в 1973 году британский гитарист вернулся к затворническому образу жизни в своем доме в сельской местности в Англии. А в этому году он вновь появился на музыкальной сцене, выпустим альбом "Blow By Blow". Пластинка с доминированием гитары за несколько недель взлетела на вершины чартов продаж, что является настоящим подвигом для инструментального альбома. И помимо высокой "слушаемости" альбом показывает новые направления того, куда движется Бек. Некоторые называют его "джаз-роком". Безошибочный стиль Бека остается неизменным, но джазовые соло с более навороченными ритмами и аккордами дополнительно украшают его последнюю работу на виниле.

Обладая успешным альбомом, Бек и его новая группа (Макс Миддлтон на клавишных, Бернард Перди на ударных и Уилбур Бэскомб на басу) сделали тур по Соединенным Штатам на пару с другим музыкальным инноватором Джоном Маклафлином и его Mahavishnu Orchestra. В Детройте Бек дал согласие пообщаться об увеличивающем популярность сплаве джаз-рока и движении его гитары по направлению к этому стилю. Отдыхая в гримерке, он был дружелюбен и внимателен, хотя до этого ему пришлось трижды выходить на бис, в том числе один раз вместе с Маклафлином, который присоединился к нему для джема. При этом позже этим вечером Джеффу предстоял второй аншлаговый концерт.

Ты двинулся в сторону джаза ради выражения эмоций или чтобы бросить вызов своим исполнительским возможностям?

И то, и другое. На самом деле это не было слишком сильным испытанием, потому что если что-то берет надо мной давлеет, то я от этого ухожу. Но было приятно услышать себя, играющего что-то помимо традиционного рока.

Были ли какие-то определенные альбомы, подтолкнувшие тебя к этому направлению?

Ну я не пластиночный маньяк. Если у меня есть запись, то я слушаю ее в машине, пока еду куда-нибудь. А такого, чтобы я просто сел и внимательно стал слушать альбомы, нет. Я просто покупаю кучу записей, которые меня цепляют, типа Billy Cobham, Stanley Clarke и все крутые рокенрольщики. Я называю Билли Кобэма "рокенрольщиком" потому что он настолько мощный. Для меня рок - это энергия. Сейчас он более сложный, чем раньше, но это все равно рок.

Но пассажи, которые ты играешь, не имеют ничего общего с клише твоего альбома "Truth" 1968 года.

Нет. Нет. Это прошло. Это закончено. Все их играли - те же Humble Pie, ты понимаешь. Мик Ронсон пытается. Джимми Пейдж до сих пор их играет и ему это сходит с рук - он этим зарабатывает на жизнь.

Ты считаешь, что публика, особенно более взрослая начала уставать от традиционного рок-звучания?

Они не устают, но им нужно переместиться в какое-то другое место. Им нужна возможность получить какие-то другие вещи. Я думаю, мог бы собрать группу и выйти навести порядок, напевая о фигне и играя “I Ain’t Superstitious”, превратив ее в ностальгию. Но в этом нет ничего нового. Я лучше заставлю людей кричать под “Cause We’ve Ended As Lovers” - нечто, где есть какой-то класс. Потому что она сочинена Стиви Уандером, что придает ей настоящий класс.

С технической стороны был ли какой-то музыкант, который повлиял бы на такую твою гитарную игру?

Да. Я слушал Яна Хаммера - исполнителя на синтезаторе Moog из предыдущего состава Mahavishnu Orchestra. Он также играл с Билли Кобэмом на альбоме "Spectrum". Это дало мне новый расширенный взгляд на будущее. Он играет на Moog во многом как на гитаре, и его звучание заходит в меня напрямую. Таким образом я начал играть как он. Я имею в виду, что я не звучу как он, но его фразы очень сильно влияли на меня.

Ты много играешь гамм?

Нет. Я играю ноты, которые, думаю, хочу слышать. Я не занимаюсь гаммами. Это очень сложно - очень депрессивно. По факту, я занимаюсь противоположными вещами - мне нравится играть простые вещи, которые сложно звучат.

Несмотря на это, на "Blow By Blow" в некоторых пассажах ты бежишь по грифу как угорелый. Ты был на это способен лет пять назад?

О, да. Но это было бы настолько неуместно для той музыки, что я тогда играл. Это звучало бы как показуха. А когда у тебя есть навороченная ритм-секция, то такая игра к месту.

Тебе помогает чтение музыки по нотам?

Это никак мне не помогает. В конце концов, никто не движется за мелкими точками. Публика не будет хлопать только из-за того, что ты выдаешь каждую ноту. Они будут хлопать если будут слышать то, что им нравится. Так я на это смотрю. Это далеко от стандартного набора правил, который сформирован концертирующими пианистами. Если они не играют пьесы в точности по нотам, то их освистывают. Даже если они пропустили только одну последнюю ноту на концерте (смеется). Для меня это тяжело.

Ты до сих пор много импровизируешь?

О, да - просто джазую туда-сюда. Нет никакого смысла ограничивать себя в музыке. Она, как предполагается, должна давать тебе свободу.

Ты с кем-нибудь джемовал после окончания проекта "Beck, Bogert & Appice"?

Я не джемую. Я деревенский парень и тут всегда есть чем заняться - дом, сад, машины. Когда я заканчиваю делать то, что нужно, то играю чтобы расслабиться. У меня нет такого, чтобы я вставал к завтраку и начинал заниматься.

Ну, то есть, ты не человек, вкалывающий на гитаре по шесть часов на дню?

Нет. Я думаю это отличный способ быть крутым, но когда выдыхаешься, то слишком быстро достигаешь потолка. Я хочу достичь потолка только перед смертью, понимаешь. (смеется)

Помогла ли твоему музыкальному росту игра с Максом Миддлтоном, у которого есть джазовые влияния в игре на клавишных?

Еще как. Когда я хочу что-то реализовать, то всегда звоню Максу, потому что он может найти правильное пианино и сыграть то, что у меня в голове. Его бэки настолько фантастические, что заставляют круто звучать простые гитарные ходы. Он двигает меня вперед во всем, что я хочу сделать. Он невероятный энтузиаст.

Он вытягивает из тебя наружу идеи?

Он вытаскивает из меня что-то, чего я побаиваюсь, типа определенных вкусов.

В этом нет ничего плохого.

Нет, но это могло бы оставить меня без работы (смеется).

На песне “Diamond Dust” есть оркестровая секция. Тяжело было работать со струнными?

Когда я первый раз это услышал, то возненавидел, потому что настолько привык к звучанию трэка без них. Типа того как бывает, когда ты заходишь свеженьким на следующее утро после записи и думаешь "отличный трэк получился, так и оставьте его". Потом делаешь наложения, следишь, как народ возится с миксом, привыкаешь к нему, и затем вдруг слышишь струнные и думаешь "О боже мой". Так легко выбросить материал в корзину. Но тебе просто надо какое-то время прожить с ним. Я беру свои записи домой и слушаю их, давая им справедливый шанс. И если после месяца или типа того, я все еще их ненавижу, то выбрасываю.

У тебя были изменения в оборудовании?

Я все еще использую усиление той же мощности - 200 ватт с двумя кабинетами Fender и головами Marshall. Снимаю звук микрофонами с усилка. Использую усилители Sunn. Головы Marshall дают тебе правильный тип хриплого звука. Sunn намного чище. Колонки Fender более надежны нежели Marshall, но головы Marshall, думаю, лучшие.

Ты играл на альбоме и в туре на 1954 Les Paul Standard, а также на каких-то стратах. Кажется, ты разочаровался в стратах?

Нет. Я не знаю. Это просто хорошая сценическая гитара, хотя с технической точки зрения та еще сука в плане овладеть ею и играть. Но она более, чем хороша, и прорезает атмосферу верхами.

Какие аксессуары ты используешь?

Овердрайв-бустер и квакушку. Буст идет из преампа - это не фузз, и поэтому ты получаешь мощь, сустейн и перегруз.

Каков принцип шланга и коробки, которые ты используешь, чтобы получить звук, как будто ты говоришь?

Сигнал, который идет из гитары к шлангу. Когда я беру ноту, она идет к шлангу у моего рта. Тогда ты можешь "играть" звуком во рту через шланг, и делать звук таким, как ты хочешь, просто двигая ртом. Это было придумано лет 40 назад для серии пластинок с детскими историями "Sparky’s". Там в выпуске "Magic Piano" был ребенок, бравший уроки пианино, и мечтавший, чтобы пианино ожило и начало говорить с ним. И там был голос фортепианного аккорда, произносивший “Spaaaarky”. Это было круто и идея пошла оттуда.

Мог бы ты сказать в целом, как можно называть музыку, которую ты сейчас делаешь?

Это находится в промежутке на пересечении белого рока и Mahavishnu, или джаз-рок. Там соединяется множество вещей. И это более удобоваримо - ритмы проще для понимания, нежели у Mahavishnu, но при этом они все все еще на острие.

Есть много гитаристов, которые застряли в рокенрольной рутине. Что бы ты им посоветовал на счет выхода наружу, как помочь человеку раздвинуть границы своей музыки до разных жанров?

Если бы я сказал тебе об этом, то им стало бы слишком легко, да? Я потратил половину своей жизни, чтобы выйти за рамки шаблонной колеи. Тебе надо просто делать то, что у тебя выходит лучше всего. Найди группу с которой тебе по-настоящему будет нравиться играть и вперед. Вытащи себя из личной депрессии и начни играть. И если вокруг тебя все скачет, то и ты скачи. Музыка обычно отражает то, что происходит в твоей жизни.








Яндекс.Метрика Следить за новостями:

 JIMI 
     Гитары          и все остальное