JIMI 

   Гитары        и все остальное   

Яндекс.Метрика Следить за новостями:

   Cover Story   
James Hetfield & Kirk Hammett
опубликовано в Guitar World декабрь 1998
автор - Джефф Киттс, перевод - Сергей Тынку


Кто сказал, что игра в кавер группе - это отстой? В ушедшем 1998 году Metallica наиграли хэви хитов, “убив их всех” выпуском “Garage Inc.”, двух-дисковым собранием вдохновлявших их песен.

Холодный августовский вечер на Shoreline Amphitheater, впалом монстре под открытом небом, на самом деле бывшей свалке, буквально за чертой Сан-Франциско. 40.000 или около того зрителей уже вошли и готовы допустить нападение хэви метал на свои полные скуки жизни. Открывающие вечер огненные выступления Jerry Cantrell и Days of the New держат уровень энергетики на лихорадочной высоте. И вот, наконец-то, сценические огни тускнеют, рев толпы взымается к небесам, и воцаряется истерия достигает пика. Затихает фирменное вступление из фильма “The Good, the Bad and the Ugly” и на сцену выходит Metallica и запускает… “Breadfan”? Многие в толпе выглядят озадаченными и они точно не знают эту песню.

И это неудивительно. Ведь "Breadfan" не только никогда не появлялась на альбомах Metallica, она даже официально не является песней Metallica. Ее сочинила в начале семидесятых британская рок-группа Budgie. Что, таким образом, делает группа, шокируя преданность родного города началом концерта неизвестной песней?

“Клево вот так трахнуть народ”, - говорит потом, ссылаясь на вступительное действо, Джеймс Хетфилд, фронтмен Metallica. “Первая песня выступления всегда “Да, чувак, все круто”, это песня вечера, а когда мы выходим с кавером, то ты можешь сказать, что много людей не узнает ее. Есть такой тип крутизны, когда парни не хотят признаваться своим корешам, что они не знают песню. Но, хочется надеяться, они выяснят чья это была песня и пойдут послушают группу, которая ее сочинила”.

На протяжении более, чем 15 лет, Metallica устанавливает правила в курятнике. Немногие могут спорить с тем, что ядро захватывающего успеха группы составляли их песни. И несмотря на то, что ”For Whom the Bell Tolls”, "Master of Puppets”, "One" и "Enter Sandman" были твердой опорой, на которой стояла Metallica, они (Хетфилд, Хеммет и остальные) также всегда были грозной кавер-группой. Продвинутые фанаты знали о металликовских версиях малоизвестной классики британского хеви метал типа "Breadfan”, сводящей с ума "So What" от Anti-Nowhere League и "Am I Evil?" группы Diamond Head.

Не смотря на относительно рядовой подход к студийной работе над каверами, Metallica всегда очень серьезно подходили к выбору песен для каверов. С одной стороны они выбирали песни, по большей части старые мелодии, которые бы находились в непосредственной близости от их собственных метальных и панковых истоков. Но при этом они рассматривали эти песни как некий трибьют вдохновлявших их в ранние годы оригинальным артистам, обычно британским группам, не получившим в свое время широкой известности. По большей части это короткие быстрые песни, изобилующие той чистой сырой мощью и чувством, что не всегда можно было обнаружить на более поздних записях Metallica.

“В наших поздних каверах точно есть определенное очарование грубости”, - говорит Хеммет, - “потому что мы не помещали их под микроскоп и не записывали их так анально тщательно, как обычно пишем свои собственные песни”.

Но тем не менее, запись каверов всегда было серьезным делом для Metallica, способ оставаться на связи со своими метальными и панковскими корнями. В течение их карьеры, они записали порядка 20 песен, выпуская их по большей степени как обратные стороны пластинок с синглами. В 1987 году после смерти басиста Клиффа Бертона и последующего найма Джейсона Нюьстеда, группа выпустила сборник каверов из пяти песен, который назывался “The $5.98 E.P.: Garage Days Re-Revisited”. Эта запись была подарком упертым фанатам, и весь тираж был очень быстро раскуплен, что сделало его одним из наиболее популярных предметов для коллекционирования.

Наличие всех этих песен в одной полной коллекции было тем, что фанаты Metallica давно хотели и наконец-то получили. Выходящий в конце ноября набор из двух CD Metallica “Garage Inc.” содержит все кавера, когда либо ими записанные, в том числе Queen "Stone Cold Crazy”, Motorhead's "Overkill" и Diamond Head's "The Prince”, плюс все содержимое пластинки “Garage Days”.

В дополнение к древним песням с “Garage Days”, таким как "Helpless" (Diamond Head), "The Small Hours" (Holocaust) и "Crash Course in Brain Surgery" (Budgie), и тем вещам, что уже были упомянуты выше, на новом альбоме будут свежезаписанные кавера, которые воздадут должное другим группам, которые повлияли на Metallica в течение этих лет. Некоторые исполнители, такие как Black Sabbath, Thin Lizzy и Misfits не будут неожиданностью, в то время как другие, например, Bob Seger, кажутся совсем не характерными. Но на самом деле все на своих местах. Metallica всегда чувствовали себя комфортно, откалывая что-нибудь неожиданное для своей аудитории. При этом они, выбирая песни для каверов, достаточно парились обо всем, ну, почти.

“Можно взять очень говенную песню для кавера”, - говорит Хетлфилд. “Я имею в виду Foo Fighters, которые сделали ‘Baker Street’. Мне вообще не нравится. Это, думаю, возвращает меня в школу, или по крайней мере к песне, которую я полностью ненавидел нахрен”. Он смеется. “Поэтому надо быть осторожным”.

Давайте поговорим о новых песнях, которые появились на этом альбоме.

Кирк: Мы сделали песню Black Sabbath, которая называется "Sabbra Cadabra”, она с альбома “Sabbath Bloody Sabbath”. Там есть вступительный рифф, который нам реально нравится, такой рифф для джемов. Мы могли попробовать склеить "Sabbra Cadabra" с другой песней Саббатов, но не нашли с какой. Также мы записали песню Misfits "Die, Die My Darling”, милую частушку, которую мы слушали последние лет 15 или типа того. Еще там будет песня Bob Seger ”Turn the Page”. Это очень странный выбор, я не фанат Боба Сигера, но ”Turn the Page” - прекрасная песня о том, каково быть в дороге. Это типа баллады, и когда вы ее слышите, то можете реально представить Джеймса, поющего ее.

Также там есть попурри из Mercyful Fate. Их материал был невероятно тяжелым и прогрессивным для своего времени. Их гитаристы Hank Shermann и Michael Denner сочинили несколько лучших риффов всех времен. Музыкально они вышли из тех же мест, что и мы: старые UFO, Iron Maiden, Diamond Head, Motorhead, Judas Priest, Tygers of Pan Tang. В ранние деньки Mercyful Fate имели невероятно большое влияние на нас. Как-то вечером мы репетировали попурри и Ларс сказал “Чувак, этот материал звучит как наш!”. Мы также сделали версию Thin Lizzy "Whiskey in the Jar”, старая ирландская застольная песня. Клифф обратил мое внимание на альбом Thin Lizzy “Night Life”. Я то всегда слушал альбомы “Bad Reputation”, “Jailbreak” и “Renegade”, но никогда не был знаком с тем альбомом, пока Клифф мне его не показал. Также у нас будет пара мелодий Discharge.

А вы перезаписывали что-то из старых каверов?

Джеймс: Нет, хотя мы ремастерили все, по крайней мере уровень громкости будет одинаковым. (смеется) Но мы хотим, чтобы в звуке отображалась дата записи. Это звук нашей истории.

Группа, записывая кавера, всегда чувствовала верность оригинальным версиям?

Джеймс: По большей части в ранние годы. Я думаю во многом это происходило, особенно с нашими старыми каверами, потому что мы не знали, что у нас есть свой собственный стиль. Мы вдохновлялись теми песнями, и поэтому играли их как оригинальные версии. Но сейчас у нас есть свой стиль, поэтому мы знаем как управлять песней, и знаем, что мы можем сделать, и что не можем. А тогда у нас была только одна громкость и одна скорость. Так оно было.

Кирк: Сейчас наш подход состоит в том, что мы сделаем все, что будет нужно песне. По отношению к новым песням мы берем столько свободы, сколько хотим. Мы пробуем вертеть в разные стороны аранжировки, меняем гитарные партии, даже меняем гитарные риффы, если это нам подходит. Мы также меняем тональности, чего мы никогда на самом деле не делали раньше. Когда речь идет о нашем собственном материале, то если что-то играется в определенной тональности, то она никогда на самом деле не меняется (спустя 20 лет подход изменится - прим. переводчика), но с этими песнями мы передвигаем материал с До# к Ми, или с Ми к До#, а может с Соль к Фа#, как угодно, главное чтобы нас устраивало. Смена тональности может облегчить Джеймсу пение или позволить звучать открытым струнам, что добавит резонанса. А может мы просто сыграем что-то ниже, просто чтобы оно звучало тяжелее. Мы исполняем эти песни так, как чувствуем, что они должны быть сыграны.

Какие факторы влияют на процесс выбора песен для каверов?

Джеймс: В них изначально должно быть что-то, что нам понравится и отчего захочется их сыграть. Это может быть рифф, ритм или даже текст, но никогда не было чтобы все сразу. (смеется). Иногда в песне очень крутой рифф, а потом когда ты добираешься до текста, читаешь его и думаешь “Что за нахрен? Мужики, мне это намного больше нравилось, пока я не слушал тексты” (смеется). Ну или ты слышишь крутой текст, а рифф там типа… фуууу. Было несколько песен Budgie, где они внезапно переходили в середине песни на это какой-то сладенький хиппи-триппи ритм, и мы говорили “Ну или нам надо надо этим простебаться, либо надо нахрен забыть эту часть”.

Вы помните, что вас изначально заставило играть кавера в ранние дни?

Джеймс: Ну как и любая другая начинающая команда, мы стали делать кавера потому что нам нужно было достаточно песен, чтобы составить сет, когда мы играли живьем. У нас были "Hit the Lights”, "The Four Horsemen" и несколько других, но наших собственных было недостаточно, чтобы составить полную программу. И так как мы играли песни групп “Британской Волны Хэви Метал”, люди думали, что это наши собственные песни.

Что вас мотивировало записать кавера?

Кирк: В основном, это отличный способ размяться и проникнуться духом студии перед тем как записывать свой альбом.

Как вы вообще открыли группы Diamond Head и Budgie, и вообще в целом “Новую Волну Британского Хэви Метал”?

Джеймс: Ларс. Он открыл мне целый новый мир тяжелой музыки. Я больше слушал группы типа Black Sabbath, Thin Lizzy, Aerosmith, AC/DC, Ted Nugent, Kiss и т.д. Я слышал Iron Maiden и Def Leppard, но не слишком много из другого, более редкого. Таким образом после того, как я повстречался с Ларсом, то стал дни напролет проводить с его коллекцией пластинок, записывая группы типа Angel Witch, Diamond Head, Motorhead на свои кассеты, где до этого были альбомы REO Speedwagon. У него дома я был как в раю.

Кирк: У меня все абсолютно тоже самое. Когда я познакомился с Ларсом, то был поражен, как много он знал о Европейском метале. Я знал обо всех основных группах и примерно слушал тоже самое, что и Джеймс, но Ларс столько много всего знал обо всех этих редких группах типа Parallax, Witchfynde и Quartz.

Эти группы как-то повлияли особым образом на Metallica?

Джеймс: У Diamond Head, например, был абсолютно уникальный способ собирать песню воедино. Это не был традиционный подход “куплет-припев-куплет-припев-вставка”. У них были брейки, новые риффы в необычных местах и сами песни были как путешествия. Budgie и Mercyful Fate были также очень мощны. Причем Fate могли сыграть крутой рифф и потом никогда к нему не возвращаться, что могло тебя бесить. (смеется). Но эти группы научили нас, что в песне может быть больше трех частей, ты можешь делать песню из разных частей, каждая из которых практически может быть самостоятельной песней.

Вы можете по-настоящему услышать их влияние на “...And Justice for All”, который является пиком нашего подхода к подобному типу сочинения песен. Иногда мы смотрим на этот материал и удивляемся тому, как могли вообще придумать определенные части песни. Или недоумеваем, почему не включили в наши песни определенные риффы, которые были так хороши. Мы недавно ходили вечером побухать, и в течение нашей долгой прогулки по кабакам слушали радио, где играли Metallica от А до Я. Это было по-настоящему дико, слушать некоторый наш старый материал. Когда они поставили что-то типа "The Frayed Ends of Sanity" и “…And Justice for All”, то мы сидели и обсуждали “Вау, откуда нахрен вышла эта средняя часть? О чем мы там думали?”. В том материале было много спонтанности, но при этом было много и позерства - просто показухи. Но это то, какими мы были в то время.

Это отличается от нынешнего состояния группы?

Джеймс: О, абсолютно. Это также отличается от того момента, когда мы начинали. Тогда в прошлом мы сочиняли просто “бах! сейчас мы по быстрому вас сразим!”, а потом мы перешли к длинным эпическим вещам. На “Черном альбоме” мы опять начали урезать все и быть более конкретными.

Игра каверов, особенно более старых типа "Breadfan”, переносит вас назад в ранние дни, когда у вас не было всего того, что есть сегодня?

Джеймс: В Shoreline Amphitheater типа как ребенка в коляске ? (смеется) Нет, на самом деле это не переносит меня назад. Для меня это всегда сейчас. Играем мы кавер, или исполняем "Fight Fire with Fire" - это то, как мы играем сейчас. Я знаю как мы играли это на альбоме и знаю, о чем изначально думали до этой песни, но теперь это то как мы сейчас чувствуем. И даже играя свой материал, ты добавляешь в него новые вещи, фишки, которые по твоему ощущению хороши сейчас, или фишки, которые ты не мог играть тогда, а сейчас можешь. Для нас это всегда “сейчас”. Также как и с текстами, некоторые из которых приобретают новое значение, когда ты становишься старше, а другие наоборот, становятся просто звуками, вылетающими из твоего рта.

А вот что по настоящему переносит в прошлое - это просмотр наших старых видео. Я недавно посмотрел клип "Nothing Else Matters”, который снимался в студии, и он реально показался мне странным. Это по факту было не очень давно, но мы, конечно, сейчас совсем другие. (смеется) Таким образом небольшая ностальгия встречается тут и там.

Приятно ли открыть большой аудитории группы типа Diamond Head и Budgie?

Джеймс: Мы реально не думаем в этом направлении. У нас получается так, что вот есть группа, которая помогла нам сформироваться, и мы сейчас помогаем им. Это все не намеренно, но просто так получается. Во многом то, что мы делаем кавера - это дань уважения.

Когда мы приехали на вечеринку в честь 50-летия Lemmy (клуб “Whisky a Go Go”, Лос-Анджелес, декабрь 1995) и сыграли несколько песен Motorhead, одевшись как четверо Lemmy, мы сделали это из чистого уважения. Я имею в виду, что он крестный отец хэви метал, и это правда, что он вдохновил меня петь и играть в агрессивном стиле. Поэтому все это про уважение.

Я не говорю, что это все из-за нас, но возьмем группу типа Holocaust. Они внезапно после всех этих лет реформировались и поехали в тур - это же типа круто. Возьмем Diamond Head. Несколько лет назад они разогревали наши концерты в Англии, а до этого они много лет не играли вместе. И я не буду говорить кто именно, но есть несколько определенных групп, которые на протяжении этих лет просили нас сделать кавера на их песни, но мы не будем этого делать.

Но, как вы знаете, в некотором роде тоже самое случилось и с нами. Mighty Mighty Bosstones как-то сделали кавер на "Enter Sandman" на альбоме 1992 “Where’d You Go?” и это возможно помогло нам получить известность в ска андерграунде. А потом появилась Apocalyptica (финский струнный квартет, известный каверами на Metallica). И даже Pat Boone сделал кавер на Metallica ("Enter Sandman" на альбоме 1997 “In a Metal Mood”).

В 1987 году группа записала целый альбом каверов “$5.98 E.P.-Garage Days Re-Revisited”, который был полностью раскуплен вскоре после выпуска. Как этот альбом случился?

Джеймс: Мы еще не отошли от смерти Клиффа, и наш менеджмент, Q-Prime, сказали нам вернуться назад и опять начать играть. Очевидно, что когда вы имеете дело со смертью, то вы хотите уделить какое-то время трауру, но наш менеджмент немного подталкивал нас на то чтобы начать все снова. Я полагаю, что мы отчасти носили траур через нашу музыку и кавера на том альбоме.

Кирк: Для нас делать этот альбом также было хорошим способом представить Джейсона публике и дать нашей аудитории представление о том, куда мы движемся. Нам нужно было какое-то время, поскольку мы еще не были готовы записать полноразмерный альбом. У нас ничего не было сочинено. Поэтому это для нас это было хорошим решением - выпустить какой-то альбом, и взять передышку для того чтобы подготовиться к “…And Justice for All”.

Выросло целое поколение новых фанатов Metallica, которые незнакомы с Клиффом Бертоном. Что вы лучше всего помните о нем?

Кирк: Мы с ним делили номера в отелях, поэтому я провел с ним больше времени, чем остальные ребята. У Клиффа внутри него было очень много музыки, у которой не было шанса выйти наружу. Он всегда слушал или играл музыку - я имею в виду постоянно. В последние четыре или пять месяцев своей жизни он стал намного больше играть на гитаре. Слушая музыку, он мог выбрать небольшой пассаж или рифф и попросить меня подобрать их для него. Я помню ему реально нравилось как играл на гитаре Ed King из Lynyrd Skynyrd. Он всегда просил меня показать ему ходы Skynyrd, а потом все кончалось тем, что он говорил “Мужик, это хитро. Действительно хитро”. (смеется) И он любил Black Sabbath и Creedence Clearwater Revival. А также Misfits, Thin Lizzy, Sex Pistols, Velvet Underground и Eagles. Он просто сводил меня с ума Eagles.

Клифф по настоящему много знал о теории музыки. Я помню как он играл мне эти фишки с ручкой громкости, которые мы потом использовали во вступлении к "Damage, Inc." с альбома “Master of Puppets “. Он сказал мне, что это основывалось на какой-то пьесе Баха, и что там идет тема смерти, вещь типа похоронных маршей. Когда я слушал это после его смерти, то это казалось достаточно нелепым. Он обычно таскался с классической гитарой с нейлоновыми струнами, и строй там был До#. Я как-то спросил его почему она так настроена и он сказал “Ну вот так я могу делать бенды на струнах”. (смеется)

Ты мог чему-то научиться у него как музыкант?

Кирк: О, абсолютно. Весь гармонический материал, что я знаю, и что Джеймс знает, пошел от Клиффа. Я знал о гармонии, но реально не знал как можно это применить. А Клифф мог. Он написал всю гармоническую часть для всей последней части "Orion" с альбома “Master of Puppets”. Он мог сидеть с нами и разрисовывать на бумаге схемы гармоний. Типа “Окей, вот тональность Ми, и значит тоника у нас вот здесь, а вот здесь мы идем к пятой ступени” или “Сейчас мы идем в Соль, поэтому пусть здесь будет третья ступень в мажоре”, и он все это расписывал.

Какие настроения были в группе после смерти Клиффа?

Кирк: такая огромная пустота образовалась после его смерти, реально большая дыра, которую никто не мог заполнить кроме него. Я беспокоился, что мы никогда не найдем никого такого как он, но потом понял, что нам даже и пытаться не нужно. Он был единственном в своем роде. У него был свой по-настоящему уникальный музыкальный голос, и я думаю, что он точно был частью звучания Metallica, которое навсегда исчезло с его смертью.

Джеймс: Но то, что мы нашли Джейсона было для нас само по себе новым вдохновением - наполнить группу новой кровью, что помогло нам двигаться дальше. И (усмехается) он был так взволнован тем, что его взяли в группу, что нам было почти неловко.

Позже появились слухи, что Джейсон не был особенно счастлив быть в Metallica. Это правда?

Кирк: Нет, нет, у Джейсона все было реально круто. И теперь в большей степени, нежели раньше. Мы дали ему намного больше пространства чтобы наполнить собой и показать свои индивидуальные вещи. Было время, когда мы думали, что Metallica должна быть очень сильной семьей и все, что за пределами Metallica, должно быть строго запрещено. Но мы все становимся отчасти более зрелыми и сейчас понимаем, что это не тот путь. Мы ослабили хватку и Джейсон имеет возможность выйти наружу со своими вещами. Но он до сих пор очень значительная часть Metallica.

Для Джейсона должно быть очень нелегко было встать на замену Клиффу.

Кирк: Да. Было очень много страданий после смерти Клиффа, и Джейсон был боксерской грушей. Мы вылили на него так много всего, и это реально было несправедливо. Но сейчас все совсем по другому. Наша связь с ним намного приятнее.

(Кирк берет свой Страт 53 года и удаляется записывать урок для журнала Guitar World, а Джеймс остается продолжать беседу… Кстати, - вопрос от переводчика - разве страты придумали не в 54 году?)

С точки зрения текстов, очень маловероятно, что вы когда-нибудь написали бы песни типа Misfits "Last Caress" или the Anti-Nowhere League "So What”, где в куплете поется “Я трахнул овцу, я трахнул козу, я запихнул свой хрен прямо в глотку”.

Джеймс: Это типа крутая фишка. Настолько смешно выйти спеть “Я как-то отсосал у старикана” и посмотреть как люди офигевают. Что? Это просто говно, шокирующее людей и я могу всегда сказать “Эй, это не я сочинил” (смеется)

"So What" на самом деле песня, которую мы врубали на магнитофонах в ранние деньки просто чтобы взбесить соседей. И независимо от того, смогут они услышать текст или нет, у тебя просто хорошее настроение от того, что ты взрываешь все вокруг словами “хрен” и “трахнуть”, ну и прочими штуками типа того. Это то, почему мы выбрали песню для каверов. А не потому что там какой-то крутой рифф или что-то такое. (смеется)

Metallica обычно так серьезны. Это надо было выпустить, чтобы спеть что-то абсурдное.

Джеймс: В этом крутой позитив, а отрицательная сторона в том, что тексты реально тупые и ты не можешь проникнуться ими. Очень тяжело проецировать их и быть убедительным, когда поешь.

Если говорить о прошлом, то что ты думаешь о текстах “Kill 'Em All”?

Джеймс: Они были там в наших головах, поэтому они были абсолютно правильными, потому что они были о том, что мы ощущали. И я бы ничего в них не менял. Круто, когда в этом всем просто честность и невинность. Все, что мы знали в то время - это “дай по башке”, “расхреначь город” и всякое другое говно.

Это тебе близко сейчас?

Джеймс: Абсолютно. Крутая фишка относительно Metallica и нашей истории в том, что всегда есть новое поколение злобных молодых людей, которые западают на “Kill 'Em All” и понимают, о чем я говорю, а потом они возможно растут с нашими остальными альбомами. Мы в своих альбомах никогда не создавали мир фантазий, мы просто документировали, где находимся в то или иное время. На планете всегда будет молодежь, и как они будут относится к нам, я не знаю. Но каждый раз когда я смотрю в толпу и вижу молодняк бьющийся в центре заварухи, я понимаю, я там был, парень.

Как ты оцениваешь “Kill 'Em All ” с точки зрения своего мастерства автора текстов?

Джеймс: Думаю, там была мысль. Я имею в виду по крайней мере там все было в рифму. (смеется) В то время я не мог писать тексты, даже если бы надо было спасти свою жизнь, поэтому все, что я мог делать - это слушать другие группы и смотреть как они строят фразы. Я просто хотел впихнуть туда наши ощущения, и это как раз то, почему я в то время любил панк. Это было очень честно, и я не уверен что это было у старых метал команд. Я имею в виду, о чем писали Judas Priest? Или Iron Maiden? Это был странный фантастический материал. Мы может быть немного погрузились в это с песней "Phantom Lord" или несколькими другими, но в целом мы всегда пытались держаться подальше от вещей, которых мы не знали.

Как тебе удалось избежать попадания в хэви-металическую ловушку написания текстов о подземельях и драконах?

Джеймс: Думаю, мы сразу поняли, насколько это было глупо. Такие тексты ничего не значат для меня; они просто не цепляли меня. А то что меня цепляло - это были панк-рокерские тексты, материал, который мог быть мне близок и давал мне небольшой отклик. Для слушателя такие тексты наиболее удобны, поскольку ты знаешь, что парень, который их сочинил такой же долбанутый как и ты. В этом есть родство.

Ты также избегаешь в своих песнях петь о женщинах.

Джеймс: На самом деле слово “она” появляется в паре наши песен… но обычно речь идет о том, чтобы убить ее, так что все нормально. (смеется) Но, честно говоря, "Nothing Else Matters" - это песня, которая родилась под влиянием женщины, хотя она относится к каждому. Я всегда считал, что песня работает намного лучше, когда у вас есть какая-то неопределенность, хотя ты сам знаешь, что тебя вдохновляло на текст. Но, да, тексты о женщины - это для нас что-то типа табу, особенно потому что мы в основном пишем о смерти, а честно говоря это, вообще, глупо. Для меня, если ты собираешься писать о женщине, есть другие пути сделать это. Ты знаешь, во многих случаях, тексты на самом деле немного значат для меня. Но как автор текстов, когда я что-то сочиняю, я хочу чтобы это было лучшее, на что я способен.

На альбоме “Ride the Lightning” ты начал затрагивать более личные и социальные темы, среди которых суицид ("Fade to Black") и смертная казнь (“Ride the Lightning”). Что заставило тебя вырости как автора текстов?

Джеймс: Гастроли сделали нас более просвещенными, даже если это был просто фургон вместе с Raven (британские металисты начала 80-ых) в котором мы пересекли страну. (смеется) Мы начали видеть другие вещи, которые происходили в мире. И тогда в наших текстах начало появляться больше ориентированных на панк типа упрямых мыслей. Это было сродни тому, что ты пытаешься представить себя на месте других людей. А что если бы это произошло с тобой? Просто создание разных сценариев.

И ты садишься и сочиняешь альбом, который должен быть другим, потому что “Kill 'Em All” - это просто были песни, которые мы играли по клубам в течении двух лет до того, как записали их. Также на написание этих песен повлияло присутствие в группе Клиффа, что внесло свои отличия, поскольку он был более образованный музыкант, и с такой музыкой, мы ощущали, что по крайней мере должны быть более образованы по части текстов.

Песня "Ride the Lightning”, похоже, сочувствует преступнику на электрическом стуле. Это было заявление против смертной казни?

Джеймс: Не совсем. Я верю в смертную казнь, но это было больше про то, каково быть привязанным к электрическому стулу, когда ты не совершал преступления. Эта песня, как и другие записи, о невозможности сбежать от ситуации. Мы с Ларсом помешаны на контроле, и идея о невозможности выйти из плохой ситуации - наш общий страх с ним.

Ты говорил в прошлом, что рос в достаточно религиозной семье. Текст к "Creeping Death”, где речь идет о библейских сюжетах и язвах, поражает меня тем, что это продукт кого-то выросшего в религиозном окружении.

Джеймс: Или просто посмотревшего кино “Десять заповедей”. (смеется) Я помню, мы как-то сидели у одного парня дома и смотрел по телевизору этот фильм. И когда дошло дело захвата сына первого фараона и повалил туман, то Клифф сказал “Смотрите… ползучая смерть”, и я такой “Вау, чувак, запиши это! Чистая поэзия!” (смеется) Потом у меня появилась своя копия фильма, я скопировал несколько линий и написал песню.

То есть твой собственный бекграунд не имеет отношения?

Джеймс: (тревожно) Ну… если не посещать воскресную школу и все такое, то, вероятно, религия полна затейливого говна. Я имею в виду, что сейчас, изображение Исуса на кресте со всей это кровью и ранами настолько пугающе. И в религии есть множество странных вещей, которые мне непонятны и не подразумевается, что должны быть понятны. Но в реальности вся эта идея о тумане, который наступает и убивает несколько человек, была для меня необычной вещью и она послужила хорошей темой для хэви метал песни в 1984.

Какая у вас была реакция когда группу атаковали за текст к “Fade to Black”, где якобы были какие-то мысли поощряющие самоубийства?

Джеймс: Ну да, хорошо, ты можешь забить и типа “Это искусство, поэтому отвалите нахрен”, типа свобода слова. Но когда ты выходишь на сцену, то все, что ты там скажешь, может быть истолковано буквально, и ты должен это понимать. Когда ты на сцене, то у тебя появляется больное чувство власти - ты можешь начать бунт, а можешь погрузить всех в сон, если захочешь. С другой стороны, если ты начнешь быть “ответственным” за свои тексты, то ты начнешь трахаться со своей искренностью. Для меня сочинение - это терапия, поэтому, знаете ли, не пойти ли всем остальным нахрен.

После “Master of Puppets ” и “…And Justice for All”, которые прежде всего касались смерти, войны, религии и жадности, вы начали писать более личные тексты на “Черном Альбоме”.

Джеймс: Где-то во времена “Черного Альбома” мы начали становиться четырьмя личностями в группе. Я понял, что мы на самом деле не согласны друг с другом по многим вопросам политики, общества и прочего. Нам прекрасно, когда мы вместе, но у нас разные мнения. Поэтому я сел сочинять тексты, представляя, что я сейчас буду писать в стиле “Вот мы Metallica, и вот что мы думаем“. Но вместо того, чтобы идти в этом направлении и искать темы для обсуждения, я сделал разворот и ушел внутрь себя. И это была универсальная волна, потому что большинство людей ощущает эти вещи - когда ты оттрахан, счастлив, грустен или все такое. Это то, что всех задевает. И это типа было прекрасно, когда пишешь от души - ты реально не можешь быть неправ.

Помню, когда сочинил текст к "Enter Sandman”, то Боб Рок (продюсер) и Ларс зашли и сказали “Этот текст не так хорош, как мог быть”. И это меня так взбесило. У меня прям было “Пошли нахрен! Здесь я пишу тексты!” Но потом когда я вернулся к тексту, то поработал усерднее и нарыл материал, который очевидно работал чуть лучше. Это было моим первым обломом со стороны кого-то другого, и по-настоящему взбесило меня, но при этом заставило работать больше. С тех пор я дважды думаю обо всем, что сочиняю. Сейчас, чтобы все сделать правильно, я переписываю все раз за разом.

Интересно, что тебя так долго не обламывали по поводу твоих текстов.

Джеймс: Ну, знаешь, я был тогда “мужик”. Никто нахрен не связывался с Крутым Хетом. (смеется) Поэтому Ларсу с Бобом нужно было напасть на меня в то время.

Ты думаешь люди серьезно относятся к тебе как к автору текстов?

Джеймс: Это все еще выглядит шуткой, потому что кто-то должен петь, и вот я это делаю. Когда мы начинали я хотел просто играть на гитаре и мы хотели найти другого певца, чтобы нас пятеро. Мы считали, что нам нужен отдельный вокалист чтобы петь. Так было во всех группах: Iron Maiden, Judas Priest, AC/DC и т.д. Но в конце концов я стал и петь и играть. А поскольку тексты обычно пишет тексты, то я понял, что мне лучше начать писать тексты. (смеется) Но со временем я решил, что нужно относится ко всему серьезней. По началу я боялся что мой вокал будет слишком громким в миксе. Я чувствовал, что не имеет значения о чем я пою, это просто была тяжелая работа - войти в студию и спеть. Но постепенно это стало мне все ближе и ближе, и тогда я стал относится к этому серьезней.

На альбомах “Load” и “ReLoad” ты писал еще больше личных текстов.

Джеймс: Это то, что из меня сейчас выходит. Это то, что я чувствую лучше всего, и в меньшей степени походит на клоунаду. Когда ты пишешь искренне, то ты не можешь быть клоуном.





Нравится jimi.ru? Хочешь больше новых материалов? Поддержи проект!
Кинь рублей на карту СберБанка 4817 7600 5984 6513 - это стимулирует.


Яндекс.Метрика Следить за новостями:

 JIMI 
   Гитары        и все остальное