JIMI 
   Гитары        и все остальное   

Яндекс.Метрика Следить за новостями:


Свет и тень:
беседы с Джимми Пейджем
Автор - Брэд Толински. Перевод - Сергей Тынку.

Музыкальная интерлюдия

ОН БЫЛ ВОКАЛИСТОМ В BAD COMPANY, НО КОГДА ДЖИММИ ПЕЙДЖУ БЫЛ НУЖЕН КТО-ТО, НА КОГО МОЖНО БЫЛО ПОЛОЖИТЬСЯ, ПОЛ РОДЖЕРС В ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ ОКАЗАЛСЯ ОЧЕНЬ ХОРОШЕЙ КОМПАНИЕЙ.
________________

Это было всегда понятно, что если Джимми Пейджу нужен будет вокалист, то у него будет вокалист. Пол Роджерс соответствовал всем требованиям. Современники типа Рода Стюарта, Пита Тауншенда и Фредди Меркьюри хорошо о нем отзывались, и в 2008 году хриплый блюзовый баритон Роджерса застолбил для него место в списке 100 лучших певцов всех времен по версии журнала Rolling Stones.

В 1968 году после образования группы Free, чей потрясающий хитовый сингл 1970 года “All Right Now” остается эталоном классик-рока, Роджерс начал восхождение к славе. В середине семидесятых он был фронтменом Bad Company, рок-монстров ФМ-радиостанций, подписавших контракт с Цеппелиновским лейблом Swan Song. Группа один за другим штамповала хиты, среди которых были “Can’t Get Enough”, “Feel Like Makin’ Love”, “Shooting Star” и, конечно, “Bad Company”.

Ниже, Роджерс вспоминает о Firm, их музыке и своих отношениях с Джимми Пейджем.

Что для Bad Company означало подписание контракта со Swan Song?

Led Zeppelin были богами. Это реально было удивительно, что они нашли время создать Swan Song, что стало своего рода конторой по поиску талантов. Подписав нас на свой лейбл, они дали нам фантастический шанс, позволив Питеру Гранту заниматься нами.

Free и Led Zeppelin существовали в одно время. Что ж там такого было в них, что они, как вы сказали, стали “богами”?

Мы были впечатлены их внезапным ростом. Free были в топах пару лет и Цеппелины просто промчались мимо нас. Неожиданно у них появились большие концерты и их постеры висели повсюду.

Как вас подписали Swan Song?

После распада Free я начала собирать Bad Company с Mick Ralphs на гитаре. Я все еще думал, что нам нужен менеджер. У Free была проблема в том, что мы сами были себе менеджеры, и это работало только до определенного предела.

У Free был роуди, которого звали Clive Coulson. Он свалил от нас к Питеру Гранту, чтобы работать на Led Zeppelin. Но мы оставались приятелями, и как-то, тусуясь, он рассказал о Swan Song, убедив меня связаться с Грантом. И совершенно неожиданно я так и сделал. Нам нужен был большой менеджер и большой лейбл. Led Zeppelin были самой большой группой в мире, поэтому я пригласил Питера взглянуть, не будет ли ему интересно с нами работать. Он сказал “Ну, это интересно”. Я ответил “Это будет группа и мы хотим называться Bad Company”. Он заявил “Не знаю на счет названия, но я зайду послушаю”.

Мы пригласили его послушать нашу репетицию в Village Hall, где я раньше жил, в Суррее. У нас не было басиста, но было много хороших песен, в том числе “Rock Steady” и “Can’t Get Enough of Your Love”. Однако, Питер не появился и мы были сильно расстроены. Мы уже разбирали оборудование перед тем как свалить, как он вдруг появился. Оказалось, что он слушал нас за дверью, поскольку не хотел нас пугать и беспокоить. По счастью, услышанное ему понравилось.

Он сказал “Я вас не знаю, и вы меня не знаете. Поэтому мы не будем подписывать никаких контрактов и первые три месяца будем сотрудничать просто на честном слове”.

Питер был менеджером старой школы и бывшим рестлером, поэтому знал подноготную бизнеса, понимаете? Он обладал потрясающим чутьем - реально магическая персона. Я думаю в нем было что-то цыганское. Он был громадным мужиком, но очень аккуратным, так что мы не парились. Мы никогда его не боялись - по факту даже постоянно оскорбляли. Мы были ужасны! Но он все это сносил и был реально клевым.

Это старая история о том, как мы начали наш дебютный тур по США, и первый альбом Bad Company был на 99 месте в чартах Билборда. А когда мы завершили гастроли, он был на первом. Это был очень крутой менеджмент, как я думаю.

У меня конечно были свои столкновения с Питером. Он не хотел, чтобы группа называлась Bad Company. Рекорд компания не хотела. Никто не хотел. Один из участников группы зашел ко мне домой чтобы постараться убедить, что настаивать на своем - это не лучшая идея. Но я сказал “Знай, что группа будет называться Bad Company и точка. Такое будет название”. Удивительно, но у меня была та же проблема с Free. Думаю, это в любом случае прекрасно, если у тебя есть возможность настоять на своем.

Как вы познакомились с Джимми?

Мы встретились в офисе Swan Song. Я немного робел, потому что он был таким грандиозным монстром. Что впечатляло в Цеппелинах - это то, что они имели оглушительный коммерческий успех и при этом в них была артистическая глубина. Не смотря на репутацию замкнутого человека, я обнаружил Джимми весьма добродушным.

И он все еще прекрасный друг. Он появляется на моих концертах в Великобритании, а когда мне недавно давали награду Ivor Novello Award как композитору песен, он подошел и посидел за моим столом.

Расскажите, как образовались Firm.

После нескольких альбомов и множества туров, я покинул Bad Company. Я был так истощен, что не был уверен относительно желания когда-либо вообще ездить в туры. Я решил оборудовать дома студию, и заниматься там музыкой. В это время Цеппелины потеряли дорогого друга Джон Бонэма, который был сердцем группы. Я думаю, Джимми был потерянным и он таскался ко мне просто посмотреть, что я делаю. Когда он первый раз пришел, то прошло какое-то время, прежде чем он поиграл на гитаре. Народ вокруг него говорил мне: “Чего бы ты там не делал, не проси его играть на гитаре когда он заглянет”.

Я думал об этом, и как только он вошел в студию, сказал: “Эй Джимми, может поджемуем”… Это было как шок… ужас! Но к концу вечера он уже играл и мы джемовали. Думаю это было важно. Если ты в горе, то нужно продолжать играть, потому что это то, кто ты по жизни - то есть музыкант. Так мы типа начали делать песни.

Вы играли с Джимми неофициально, но потом это изменилось.

Джимми играл концерты ARMS в Англии и у него пел Steve Winwood. Но в американский тур Стив поехать не смог и понадобился кто-то на замену. Думаю, мне позвонил кто-то из менеджмента Эрика Клептона, из числа вовлеченных в организацию этих концертов. “Мы слышали, что ты играл с Джимми в студии. Вы могли бы сделать какой-то материал вместе и выйти поиграть?”. Мы с Джимми сказали, что просто поигрывали и у нас даже не было группы. Тогда они сказали “Ну вам всего то надо будет поиграть полчаса, нам больше и не нужно”. В целом у нас закончились оправдания, потому что у нас было полчаса музыки и нам сказали, что дадут ритм-секцию. Это был хороший довод и Ронни Лэйн был таким замечательным парнем, что мы решили согласиться.

Я должен сказать, что в то время я не хотел опять возвращаться к гастролям, но был воодушевлен тем, что мы делали что-то стоящее. В то время у нас не было планов образования группы, но думаю концерты ARMS вдохновили Джимми. Он вернулся из Штатов с желанием собрать группу и поехать в тур, потому что ощущал, что это будет для него хорошей терапией. Он продолжал говорить мне “Мы соберем группу и поедем в тур”. Я обычно отвечал “Я закончил с турами. Я реально не хочу уезжать”.

А затем мы пришли к формуле. “Ну делаем два альбома” - сказал Джимми. “И делаем тур в поддержку этих двух альбомов. И это все.” И я ответил “Окей”. И таким образом мы это сделали. У нас не было контракта. Мы просто пожали друг другу руки.

Одной из первых песен, над которой вы должно быть работали вместе, была девятиминутная “Midnight Moonlight”.

Да, так и было. Я люблю сложности и это была первая песня, которую мы вместе написали. Джимми притащил громадный кусок музыки, которая в оригинале была больше девяти минут. Мне не очень хотелось говорить “Нельзя ли сделать покороче”. Я имею в виду, что кто я такой, чтобы говорить Джимми Пейджу сделать покороче. Но он сам сказал “Да, мы можем ее чуток подрезать”.

Как вы работали над мелодией и текстом к той песне? Это, наверное, высокие материи.

Я думаю множество авторов песен скажут, что они позволяют музыке общаться с вами и просто смотреть какие слова появятся в вашей голове, когда вы слышите музыку. Я просто даю волю музыке говорить со мной. Я начал петь “The dawning of a new creation”. Казалось, что те аккорды говорят мне эти слова и я просто их выражаю. Я хотел, чтобы это была песня надежды на будущее.

Это одна из самых длинных и наиболее сложных композиций Джимми, на что достаточно редко обращают внимание.

Это не очень подходило для радио! Когда у вас есть что-то девятиминутное со структурой характерной для классической музыки, вам действительно нужно слушать и вникать. Возможно, это слишком сложно для большинства людей.

У Firm был невероятно оригинальный звук. Он отличался от Free, Bad Company и Led Zeppelin. Для вас с Джимми было так важно создать что-то новое?

Так случилось, что мы делали что-то оригинальное. Ни один из нас не рассматривал возможности работы со старым материалом. Сейчас это выглядит странновато, когда я думаю об этом. Не знаю, обсуждали ли мы это; мы просто не заходили туда. Это получилось автоматически - если мы делали что-то, то сочиняли вместе и создавали что-то новое.

По слухам вашим изначальным выбором для ритм-секции были Билл Бруфорд из King Crimson на барабанах и студийный музыкант Пино Палладино на безладовом басу.

Пино определенно был в планах. Он всегда хотел присоединиться к нам, но был занят другими делами. Мы начали использовать на репетициях Тони Фрэнклина, который тоже играл на безладовом басу. Это превратилось в игру-угадайку - присоединится ли к нам Пино или нет. А потом Джимми просто сказал мне: “Ну, Тони репетировал с нами, он знает все песни, и он сейчас часть группы, давай поедем с ним”. Так мы и сделали. Думаю, в то время Пино просто не хотел ехать на гастроли, как я понял.

Безладовый бас был необычным выбором.

Это была идея Джимми и она привнесла своеобразный оттенок в звук группы. На чем-то типа “Radioactive” мы начинали с простого демо и потом добирались другой территории - саунда Firm. Наш барабанщик Крис Слейд выдавал бит с безладовым басом и это получилось реально круто, потому что ритм-секция способна поднять песню и заставить ее взлететь.

Первый альбом Firm был сильно недооценен. Там есть крутые песни, но это частенько подрывается продакшеном в стиле восьмидесятых - много хорусовых гитар и слишком сырые барабаны.

Это просто был звук, который превалировал в то время. Тебе нужны были эти сырые барабаны потому что это было самое модное и соответствовало тому, куда мы двигались. Мы просто делали то, что было естественным в то время.

Вы писались в Пейджевской студии Sol, да?

Да, все было там. Прекрасная студия, действительно хорошая. Она располагается на берегу реки и там не все спокойно. Звукорежиссер спросил “Ты хочешь остаться здесь на ночь и поспать в той комнате?”. Я сказал, что да. И он ушел, сказав “Ну хорошо, тебе понравится, увидимся позже”. И я потом думал, что мне понравится?

Таким образом, я сплю, а потом внезапно среди ночи пролетает над моим лицом и прямиком в шкаф. Я поднялся “Что за хрень”. Включил свет, подошел к шкафу - конечно там ничего не было. Тогда я подумал, что окно, наверное, открыто. Но оно было закрыто и там была тройная рама - ничего не пролетело бы. Это все было странно. И потом произошли еще всякие другие штуки. Все это привело к решению, что я больше не оставался там на ночь ни разу.

Вы очень много играете на гитаре на этом альбоме.

Не так много людей знает об этом, но я на самом деле сыграл соло в “Radioactive”. Это было пальцевое упражнение которое мне много лет назад показал пионер блюза Алексис Корнер. Я довел его до автоматизма, и оно было таким странным, что мне захотелось сделать его частью песни. Когда я вспоминаю, то думаю, что с моей стороны это было отчасти наглым сказать самому Джимми Пейджу: “Можно я сделаю тут соло?”. Но он не возражал и добавил немного крутых аккордов.

Вы работали с таким множеством великих гитаристов, среди которых Paul Kossoff во Free, Mick Ralphs в Bad Company и Brian May в Queen. Что особенного в Джимми?

У него невероятный почти математический ум. Он может придумать самые удивительные аккорды, которые вставит в места, где ты их меньше всего ожидаешь - просто послушайте аккордовую линию в “All the King’s Men”. И он фактически может вознести всю группу просто гитарным соло. Его звук был звуком, который вы практически могли попробовать на вкус. Помню я обычно стоял на сцене и думал “Ох”. Ты почти можешь потрогать этот звук. Я думаю с технической точки зрения он один из самых великих гитаристов в мире - он и Джефф Бек.

Джимми также очень открытый. Он как-то сказал мне: “А давай сделаем кавер. Тебе какую песню хотелось бы? Любую выбирай”. И я сказал: “Мне всегда хотелось ‘You’ve Lost That Loving Feeling’ от Righteous Brothers”. И мы сделали свою версию, и думаю это было невероятно щедро со стороны Джимми сделать что-то настолько необычное.

В целом, я думаю его подход к Firm был очень своеобразным, так ведь? Это было атмсоферно. У Firm не было той тяжести, что была у Led Zeppelin и Bad Company.

Каково это было, работать с ним, с если сравнивать вашему опыту работы с другими музыкантами? Его подходы были в чем-то необычны?

Он что-то типа гения продакшена. Я в большей степени оставлял записанный материал на него, тем более, буду честен, я в этом не силен. Не хочу сказать, что он просто технарь, поскольку у него есть сильное чутье, а также студийные знания, которых больше, чем у большинства музыкантов, и уж точно больше, чем у меня. Мне нужно было стараться, чтобы соответствовать его уровню. То как я делаю музыку - это исключительно за счет чувств.

Песни и музыка получались быстро? Я знаю, что Джимми любит быть эффективным в студии.

О, я тоже. Ненавижу растрачивать студийное время. У меня всегда был подход, с которым Джимми бы согласился: вы делаете всю требующую беготни работу на репетициях, а потом не тратите попусту студийное время, которое обычно дорого. Я ненавижу терять время на студии. Я люблю делать тяжелую работу на репетициях таких образом, чтобы когда вы приходите на студию, то точно знаете, что нужно делать и можете сосредоточиться на исполнении. Таким образом намного проще сделать продукт того качества, что вы задумали.

Я слышал, что когда вы поете, то вам нравится записывать вокал с одного или двух дублей.

Ну да. Если вы делаете сто дублей, то у вас что-то теряется. Вы возможно получите отличный вокал, но в нем пропадут энергия и радость. Вы всегда ищете найти что-то вдохновляющее исполнение и это как правило работает в течении одного раза.

Это в чем-то похоже на театр - у вас всего один момент, чтобы выглядеть правдиво.

Это именно так. Я думаю вам надо погрузиться в песню. Я научился этому, слушая таких людей как Otis Redding и Wilson Pickett, а также блюзовых ребят типа John Lee Hooker, B. B. King и Albert King. Они спели те песни именно так, как хотели и другого способа не было. И я как раз об этом и говорю. Ты должен справиться с песней на репетициях, чтобы когда наступит момент прийти в студию ты мог забыть о технической стороне. Просто спеть так как задумано. Думаю этот подход справедлив для всех музыкантов.

Что было самым хорошим в Firm?

Для меня это было то, что Джимми вскочил, окунулся в рокенрол и вернулся обратно к музыке. Это было моей целью в Firm. И я был счастлив видеть его опять на коне. А на музыкально уровне я наслаждался от “Satisfaction Guaranteed”, “Radioactive”, “Midnight Moonlight”, “Lady” - я получал удовольствие от вещей, которые мы делали творчески. И мы сыграли какие-то крутые концерты.

Фанаты и музыкальные критики видят в Джимми некую мистику, которая даже его музыкальность. Он показался вам обычным человеком?

В некоторых смыслах Джимми очень обычный человек, но у него всегда присутствует дополнительное измерение. Почти колдовство. Во многих отношениях он алхимик. И он помещает каплю магии во все, что он делает.

Когда Firm завершили свое существование после двух альбомов, вы ощутили, что сделали то, что планировали?

Ну, я достиг того, что хотел сделать, то есть увидеть Джимми счастливым. Когда мы закончили он был в очень крутой форме.

Ну а что было важно для вас?

Это и было важно для меня, потому что я потерял гитариста Free Пола Коссоффа, которого затянули наркотики и депрессии. Я всегда сожалел о том, что не смог сделать что-то для него. И я волновался, что мы можем потерять Джимми.

Содержание





Нравится jimi.ru? Хочешь больше новых материалов? Поддержи проект!
Кинь рублей на карту СберБанка 4817 7600 5984 6513 - это стимулирует.


Яндекс.Метрика Следить за новостями:

 JIMI 
   Гитары        и все остальное