JIMI 

   Гитары        и все остальное   

Яндекс.Метрика Следить за новостями:

   The Phoenix   
Kirk Hammett
опубликовано в декабре 2008
автор - Брэд Толински, перевод - Сергей Тынку


Кирк Хэммет утомлен и скрючен. В Лос-Анджелесе вечер, и осталось около часа до того, как Metallica ступит на сцену Wiltern Theater для того чтобы собрать деньги для Silverlake Conservatory of Music, некоммерческой музыкальной школы для мало-обеспеченных учащихся. Не смотря на то, что Кирк воодушевлен возможностью сыграть по такому великому поводу, в настоящий момент он очень вял.

“Я пытался поспать этим утром, но не смог потому что сейчас живу по детскому времени”, - объясняет он. “У меня ребенку полтора года и через шесть недель моя жена должна родить еще одного. Я встаю в 6:30 утра, поэтому сейчас для меня уже поздний час“.

Кирк c детьми (несколько лет спустя после этого интервью)

“Я буду должен перезагрузить свои рокенрольные часы, если будет такая возможность, в следующем туре”, - добавляет он, смеясь.

Тема перезагрузки стала одной из основных для Кирка и его группы на протяжении последних лет. После того как Metallica более десяти лет угробила на то, чтобы пересмотреть свой подход к звуку, группа в итоге сделала полный круг и вернулась к своему фирменному кранчевому треш-метальному стилю, который в свое время сделал из величайшей хард-роковой командой восьмидесятых. Конечно, хочется приписать это радикальное возвращение их продюсеру Рику Рубину, однако, Кирк объясняет, что большую часть тяжелого звучания Death Magnetic группа нарулила самостоятельно.

“Рик был очень важен, поскольку он посеял творческое зерно, но львиную долю всего он оставил на нас”, - объясняет Хэммет. “Это было отличное сотрудничество, потому что показал нам основные направления, но при этом оставил нетронутым саму суть. Например, если бы что-то наше показалось ему выходящим за рамки стандартов, или просто не подходящим нам, он просто сказал бы сочинить что-то еще, но не пытался бы указывать что именно и как. Царила атмосфера взаимного уважения”.

Когда вы спрашиваете, почему после двадцати с лишним лет в бизнесе, Metallica не продюсирует свои записи самостоятельно, Хеммет смеется и трясет головой. “Нам нужен посторонний человек, в противном случае множество творческих решений зашло в тупик и мы бы ничего не сделали”, - говорит он, намекая на общеизвестные бурные отношения внутри группы. “Нам нужен рефери. Возможно если бы в группе был пятый участник, то все бы сработало и без продюсера, но нам не нужен клавишник”.

Единственная вещь, в которой мнения участников коллектива были едиными - это дать Кирку побольше пространства, чтобы ему было где разгуляться. Если сравнивать с тем, как ему запретили играть соло на альбоме St. Anger, что вызвало шок, то на нынешней записи Death Magnetic - это просто громадное облегчение узнать о вновь обретенной свободе. Как сказал фронтмен группы, Джеймс Хетфилд, в соседнем интервью, привязывание на короткий поводок одного из величайших соло-гитаристов в истории было не лучшей идеей. К чести Metallica они более чем восполнили эту ошибку, позволив Кирку играть быстро, громко и долго на протяжении всего Death Magnetic. Фактически можно сказать, что у Кирка теперь есть практически свой альбом.

Таким образом Хеммет сходу принимается объяснять как зрелый инь чувака-серфингиста Кирка сочетается с янь жесткого-мужика Джеймса. В этом интервью он со скоромной гордостью говорит о новой сделке со смертью (имеется в виду название альбома - прим. переводчика) и как черт побери клево еще раз ощутить себя рубильщиком крутых соляков.

Как бы ты описал Death Magnetic?

Я бы сказал, что это лежит где-то между “…And Justice for All“ и “Black Album”. Есть агрессия и техничность как у Justice, но в тоже время присутствует много мелодизма как на черном альбоме. Нам хотелось сделать срывающий башню альбом и я думаю у нас получилось. Мы работали над ним достаточно долго - почти три года. На одном из этапов у нас было 24 песни и нам надо было сократить их число до 14, таким образом их стало меньше, но я думаю это все, что мы хотели услышать. (На альбоме 2008 Death Magnetic выпущено 10 песен, и на альбоме 2011 Beyond Magnetic еще 4 - прим. переводчика)

Вы много обсуждали то, как группа должна звучать на этом альбоме, или звучание складывалось само собой?

Я помню мы встречались с Rick Rubin в 2005 году и какая-то музыка у нас была почти готовая - мы сыграли ее для него. Мы поговорили о том, что он хотел бы в плане звучания Metallica и что представлял бы его идеальный альбом Metallica. Он также заронил в наши головы идею того, что было бы хорошо оглянуться на наше прошлое. Поэтому в ходе творческого процесса нам позволили быть просто самими собой.

Это было очень приятно когда у тебя есть возможность посмотреть назад на формулы, которые работали на нас в прошлом и заново ими вдохновиться. Чтобы создать что-то абсолютно другое, мы позволили себе взять лучшие аспекты нашего прошлого и вплести их в комбинацию с лучшими аспектами нас нынешних.

Вам еще нужно было разрешить заниматься само-плагиатом. Ведь все остальные воровали у Metallica.

Да. (Смеется) Мы потратили много времени в попытках дистанционироваться от нашей ранней музыки чтобы доказать себе, что мы являемся чем-то большим нежели просто та музыка. Этим мы в большей степени занимались в девяностых. Мы исследовали свой потенциал выясняли, на что мы способны и как далеко можем зайти. Мы это сделали и сейчас просто хотим свалить оттуда и снова быть самой тяжелой группой в мире.

Ты реально ощущаешь как ваш звук проник в метал?

Да, это интересно. Я втыкаю в радио и, слыша что-нибудь, думаю “Блин, а ведь мы делали это в 1987. Что это за группа?”. Это нам льстит и нас это смешит. Я не думаю, что мы видим в этом что-то негативное. Я говорю об этом только для того, чтобы ты мог представить, как артист может смотреть на то, что у него что-то могут заимствовать. Я это вижу как дань уважения.

Ну это могло происходить и неосознанно. Люди росли слушая Metallica и для них, это просто образец того, как нужно было играть метал.

Да, наше звучание - это часть словарного запаса. Метального словарного запаса.

Ты бы мог сказать, как ты сам изменился как гитарист со времен, скажем, “…And Justice for All”?

Ну я прошел через полностью блюзовый период в девяностых и это в некоторой степени повлияло на Load и ReLoad. А потом я начал слушать много джаза - материал вроде Kenny Burrell, Tal Farlow, Grant Green и Wes Montgomery - ребята просто были монстрами гитары. Это было отличное образование, поскольку я обнаружил, что у всех моих гитарных героев было много их ходов. Jeff Beck, Clapton, Hendrix, Stevie Ray Vaughan и Jimmy Page - все они брали идеи у тех гитаристов и включали в музыкальные словари своего поколения.

Я втянулся во все это, и это полностью изменило мой стиль. Однако, пару лет назад, я начал ощущать, что погружаюсь слишком глубоко. Я вернулся к тому, чтобы опять быть прежде всего металлическим гитаристом, но какие-то блюзовые и джазовые идеи серьезным образом изменили меня. Мои импровизационный навыки реально улучшились - я стал играть лучше. У меня появилось больше уверенности в своих возможностях спонтанной игры, в то время как в прошлом мне приходилось заранее сочинять свои соло. На прошлых альбомах я таким образом сочинял примерно 90% своих соло, а сейчас, я бы сказал, это может быть 40%.

В студии я толкаю себя к пределу собственных возможностей - прямо на край пропасти. И я завожу свою игру на территории, где никогда прежде не был. В настоящий момент я заново учу песни для нашего предстоящего тура и приходится чесать репу в вопросах “Что я там сыграл?”. Я не могу вспомнить, что я сыграл, и не могу понять. Мне возможно нужны в помощь парни-транскрайберы (съемщики гитарных партий по слуху - прим. переводчика) из журнала Guitar World! (Смеется)

Один из твоих треш-метальных сверстников, Alex Skolnick из Testament, в рамках Alex Skolnick Trio записал несколько настоящих джазовых альбомов. Ты их слушал?

Люблю его. И его работы люблю. То что Алекс делает, играя метальные песни в джазовом контексте это реально освежает. Его версия (классики Kiss) песни “Detroit Rock City” реально сорвала мне башню (альбом 2002 Goodbye to Romance: Standards for a New Generation) - для меня эта песня никогда раньше не звучала лучше. И когда вы думаете об этом, то понимаете, что старые джазовые стандарты ведь были просто поп-музыкой в свое время. Поэтому Алекс обновил понятие того, что такое стандарт и открыл всю нынешнюю музыку к перерождению. Идея исполнить Kiss или Scorpions в стиле Dave Brubeck - отлична и достаточно радикальна. В том же Julliard (топовое музыкальное учебное заведение - прим. переводчика) толпы людей играют “Straight No Chaser”, (джазовый стандарт Thelonious Monk) наверное, по пятьдесят миллионов раз - пришло время чтобы кто-то попробовал сделать что-то новое.

Я поиграл на твоей гитаре ESP Mummy и заметил, что экшен там достаточно большой (расстояние от струн до поверхности грифа - прим. переводчика). Тебе же приходится биться со своей гитарой.

Борьба дает больше эмоций. Когда мне слишком легко играть на гитаре, это меня слишком расслабляет. Мне нравится сражаться со своей гитарой. У меня сильная медиаторная атака, поэтому когда экшен слишком низкий, то появляется ненужный дребезг.

Когда я недавно общался с Джеймсом то подумал, что это весьма интересно, что он вернулся не только к классическому звуку, но также к старой гитаре и усилителю, которые использовал на записях Metallica восьмидесятых. А вот твой звук, все таки сильно отличается от тех альбомов - он сочнее и в нем меньше шершавости. Многие из твоих соло реально жирные и певучие.

Я добавил больше середины в свой окончательный звук. Я до сих пор хорошо отношусь к своему изначальному саунду с вырезанной серединой, но мне хочется ощущать как дрожит земля когда я беру аккорд. У меня не было таких радикальных изменений в оборудовании какие были в эквализации. Я использовал все тоже самое, что и обычно, свой обычный гастрольный рэк, в котором стоит Booggie и Marshall, что у меня всегда. Также я использовал новый усилитель Randall, в разработке которого принимал участие, а Greg Fidelman, наш звукач, втыкал нас с Джеймсом в бошки Ampeg. Они (Ampeg) делали невероятные гитарные головы в начале девяностных, а потом прекратили. Я не знаю почему. Нам попалась голова с отличным чистым теплым саундом и она прекрасно сочеталась с остальными усилками в студии.

Я помешан на винтажном оборудовании и с радостью использовал бы побольше своих коллекционных усилителей, но у нас был звук, который соответствовал музыкальному контексту и я не хотел ничего усложнять. Тоже самое на счет гитар. Я играл на нескольких винтажных гитарах то там, то здесь. Вроде бы я играл на ’58 Les Paul и на ’59 Tele для какого-то материала на чистом, но по большей части все было сделано на моих ESP Mummy и Caution, которую я раньше называл “Skully” (KH-2 Kirk Hammett signature) - самая первая моя гитара ESP 1987 года.

Когда ты делаешь свои соло, остальные парни как-то влияют на это?

Ларс мне помогает, потому что когда я делаю соло, то мне сложно быть объективным. Я соло-машина. Для одной из песен я сыграл больше ста соло. И когда я играю больше пяти или шести соло, то мне очень сложно быть объективным. Поэтому Ларс помогает мне, часто говоря, что работает, а что нет.

Это хорошо, потому что то, что он делает - это подталкивает меня и вдохновляет пойти в новых направлениях, о которых я бы и не подумал, поскольку слишком могу быть увлеченным одной какой-то темой. По большей части, я очень командный игрок. Мне нравится послушать, что остальной народ может сказать, если они достаточно квалифицированы.

Как ты думаешь чему тебя научил альбом St. Anger?

Я был в шоке от того как многим людям не хватало гитарных соло и моей игры на St. Anger. Я просто думал, что для них это не особо существенно и особо большой разницы не будет. Хотя, на гастролях, минимум пять человек в день спрашивали меня где соло на том альбоме и что будет с соло на следующем альбоме? По правде говоря, я не знаю почему люди решили что этот аспект был такой важной частью общего звука. Я всегда рассматривал себя больше как вишенку на торте. Но черт побери, этим людям реально нравилась та вишенка. Я понял, что это и есть фирменный звук Metallica, и если мы удаляемся от него слишком далеко, то наши фанаты начинают беспокоиться, либо просто не понимают - в общем, им этого не хватает. И я не могу сказать хорошо, или плохо - это просто так и есть.

Это тот звук, который им больше никто не даст.

Тут есть доля истины. В девяностых мы возможно слишком много времени провели переделывая тот звук. Мы делали это преднамеренно, но при этом слишком упростили все. Но вместе с тем в этом было влияние времени. Но я соглашусь с тобой. Ты больше ни откуда не получишь Metallica кроме как от нас, и я думаю у людей сложилось впечатление, что мы просто сдерживаем себя.

Я могу понять как группе может стать скучно, делая одно и то же. Вам нужна была возможность пойти куда-то еще в своем творчестве.

Я бы не сказал что мы скучали также сильно, насколько были обеспокоены. Мы выдали четыре или пять альбомов, в основном сделанных в рамках одного и того же подхода, и нам было интересно что еще мы можем сделать и какие у нас еще есть возможности. Мы сознательно пытались отстранится от определенных элементов нашего звука - таких как тяжелый чес на шестой струне. Поэтому его нет на Load, поскольку мы ощущали, что исчерпали его раньше.

Вы боялись стать карикатурой на самих себя?

Есть группы которые каждый раз выпускают один и тот же альбом и просто меняют тексты. Мы все знаем, что это за группы, и мы очень парились о том, чтобы не позволить этому случится с нами. Оглядываясь назад, возможно мы слишком остро на это реагировали. Но сейчас мы готовы вернуться к нашим корням и мы хорошо проводим время. Эти песни реально прикольно играть, и в конце концов это самая важная вещь.

И кто знает, если бы вы не прошли через те повороты, возможно вам бы сейчас было бы скучно быть группой.

Мы бы не были так хороши если бы не разбавили себя порцией переработанного говна. Все знают, что мы не ищем простых путей. (смеется) Никогда. Это просто то, какие мы. И вот так мы мыслим.

Интересно, что ты был удивлен реакцией людей, которым не хватало твоих соло. Ведь это тебя читатели первым ввели в зал славы журнала Guitar World. Даже раньше, чем Jimi Hendrix и Jimmy Page.

Это безумие. Для меня игра на гитаре одновременно и экстремально проста и экстремально сложна. Мне только сегодня кто-то сказал, что они играют на гитаре, но не смогли справиться с соляком. Я просто сказал ему: “Брат, я играю почти 30 лет и гитара до сих пор тайна для меня. Я до сих пор ищу и нахожу мелкие фишки там и здесь”.

Это похоже на процесс распутывания клубка. Я распутываю гитару, и я хочу добраться до ядра, но там столько слоев сверху намотано, что я даже не близок.

Я думаю возможно люди могут отличить твой звук, поскольку в нем есть какая-то борьба.

У меня нет четкого ответа на этот вопрос. Я слишком близок ко всему этому. Одна вещь, которую я заметил за эти годы - это то, что молодым гитаристам, я имею в виду 10-12-летних, реально нравится мой гитарный стиль. В моем стиле есть что-то в нем такое, что они могут быстро изучить и потом пойти дальше к вашим Ингви Малмстинам, Стиви Ваям и прочим. А на противоположном полюсе стоят матерые музыканты, которые слышат мою играю и уходят “А, похрен”.

Я думаю один из фирменных знаков твоих соло в том, что они запоминаются. И это более сложная фишка, нежели просто быстро играть.

Это всегда было моим. Я люблю Michael Schenker, потому что он играет цепляющие соло. Меня всегда впечатляли гитаристы, которые не обязательно были мелодичнымм, но при этом очень цепляющими. У Ritchie Blackmore был очень цепляющий стиль и при этом он не очень мелодичный. Материал, исполняемый им, очень часто выходит крайне неожиданным, но при этом в нем есть что-то бросающееся в глаза и цельное, поэтому он вас притягивает.

С самого начала, для меня всегда вкус, фразировка, звук, мелодия и цепляемость были важнее скорости и чистой техники. Я всегда играл ради песни и всегда играл для развлечения людей. И никогда не играл чего-то такого, что могло оттолкнуть людей. Когда вы играете новый отличный пассаж, который никогда не играли раньше, это удивительно, потому что ощущаете как-будто вам его вручили прямо с небес. И он течет из ваших пальцев к струнам, звукоснимателям и дальше к усилителю, из которого вы неожиданно слышите отличную фразу. Вы видите в этом творческий процесс. И иногда это все происходит так быстро и настолько неожиданно. Как-будто в земле образовалась громадная трещина и большая волосатая лапа вручает вам этот тяжелый гитарный рифф. И в этом нет никакой предвзятости или преднамеренности. Я думаю, так случается с большинством упертых музыкантов. Это может не происходит так часто, как обычное бренчание, но если твое сердце погружено во все это, то произойдет.

Как ты это объяснишь?

Я ищу путь в метафизике подсознательного и многомерного мышления. Я знаю что колебания соединяют все эти вещи. И если ты действительно хочешь больше технических подробностей, то изучи физику струн. Основной принцип заключается в том, что все во вселенной состоит из этих колеблющихся струн. Приятно думать, что космос - это, по сути огромная гитара и вдохновение приходит, когда я настроен в это пространство.

Касаемо связей, широко известно, что в процессе работы надо St. Anger группа Metallica прошла несколько жестких фаз в отношениях между друг другом. Вы теперь ребята ощущаете себя заново связанными?

Абсолютно. Наши связи также хороши как и были. Перед St. Anger, и еще несколько раз во время работы над альбомом наш дух товарищества был эпизодическим и почти никаким. Можно сказать, что St. Anger был борьбой за возвращение этого товарищества обратно, и сейчас оно у нас снова есть, причем на всех уровнях - на концертном, личном и творческом.

Иногда тебе надо все разрушить, добравшись до фундамента, чтобы на нем все выстроить заново.

Ну или сжечь все нахрен. Metallica как птица Феникс, возродившаяся из пепла. Мы все сожгли и вот, что выросло из пепла: St. Anger - это огонь, а Death Magnetic - это птица Феникс.





Нравится jimi.ru? Хочешь больше новых материалов? Поддержи проект!
Кинь рублей на карту СберБанка 4817 7600 5984 6513 - это стимулирует.


Яндекс.Метрика Следить за новостями:

 JIMI 
   Гитары        и все остальное